Граф о’Манн

— Иначе я вызову слуг и потребую силой проводить вас к себе в покои! — угрожала кузина.

Едва ли это было возможно.

— И навлечете не один слух о том, как приятно мы проводим время. Тогда уже Одетта будет спрашивать «не стыдно ли вам», — едко заметил я, чуть ли не разражаясь смехом.

— Вы негодяй! — прошипела кузина, бросая гневные взгляды.

— Хуже. Я ваш граф.

***

Вода в ванной остывала. Мы хранили молчание. Прошло порядка трех минут, и никто не решался взять слово. Подушечки ее пальцев размокли, став мягкими, как вата.

Аделаида по-прежнему не смотрела на меня, открывая свою спину. Ровные изгибы, плавно пускавшиеся в область бедер, за целых тридцать минут мне не наскучили, а потому, я приятно проводил время, выигрывая каждую секунду с большим удовольствием.

Однако дольше так сидеть непозволительно. Я все-таки джентльмен, и не мог заставлять даму ждать. Между нами, итак, возникла неловкая пауза.

— Поразмыслив над вашими словами, нашел их в некотором роде… не лишенными оснований, — осторожно начал, привлекая ее внимание.

— Осталось понять, как выйти из создавшегося положения.

— Вы аристократ, и как никто другой, знаете, как решаются подобные «положения», — бросила Ада, напоминая, что лед по-прежнему крепок.

— Окажу ей знаки внимания. Подарю цветы, выкажу комплимент румянцу на щеках, организую свидание. Что там обычно делают аристократы?

— Ничего из перечисленного. Особенно по отношению к горничной, но мне нравится ваш настрой. Он заслуживает маленькой, но похвалы.

Кузина улыбнулась мне, беря примирительный тон. Разворачиваться она не спешила, все еще не доверяясь мне, не доверяя моему взгляду.

— Можете повернуться, Аделаида. Обещаю не смотреть. Я отведу глаза в сторону, — подкрепляя слова действием, я скользнул ими к углу, и заметил там небольшой гримуар.

Сфокусировавшись, нашел его чертовски похожим на тот, что был в прошлых покоях. В покоях настоящего Томаса Манна, до моего переноса, жившего, и ведущего свой дневник до самой смерти.

А точнее, до недавнего покушения, увенчавшегося успехом.

Быть этого не может! Неужели Аделаида…

Внутри все заледенело. Горло сковал спазм. Тело не слушалось.

Силясь отдышаться, я пытался скрыть охватившее меня волнение, но бешено бегающие зрачки выдавали меня с головой. Кузина заметила неладное. Нахмурившись, она проследила за моим взглядом и тотчас поняла, что произошло.

Она тяжело вздохнула, готовясь к объяснению. Я же, напротив, задыхался.