Хозяин арены чудовищ

Дом Айдара сильно отличался от остальных домов на их улице, потому что его родители в память о своих предках украсили стены национальными узорами.

В окнах дома горел свет, поэтому я, не раздумывая, зашел во двор, прикрикнул на брехливого пса и постучался. Дверь открыла заплаканная мать Айдара и настороженно спросила:

— Что вам надо?

— Здравствуйте. Я пришел поддержать Айдара, — ответил я.

— Как вас зовут? — она окинула меня подозрительным взглядом.

Я ее понимал, наверняка родные потерпевших уже не раз приходили и явно вели себя агрессивно.

— Дмитрий Державин.

В это время послышались шаги и показался сам Айдар.

— А, Дима, заходи.

Мы прошли вглубь дома, в его комнату. Айдар закрыл дверь, предложил мне сесть на стул, а сам плюхнулся на кровать и схватился за голову. Он был расстроен и выглядел потерянным.

— Что случилось?

Айдар тяжело вздохнул, но ответил не сразу. Будто пытался вспомнить в подробностях, но, так и не сумев, пожал плечами.

— Сам не понял. Перед боем я договорился, что если увижу, что мы проигрываем, то просто отступлю.

Я не хотел, чтобы моего монстра калечили или убивали, — он снова тяжело вздохнул и потер переносицу. — Я уже подогнал прицеп, но тут он будто… свихнулся. Пролез между стеной арены и прицепом, выбрался наружу и забрался на места для зрителей. Я ему ору, приказываю, а он совсем на меня не реагирует.

Он замолчал, а я не торопил и терпеливо ждал продолжения истории.

— Он просто носился среди зрителей как угорелый. Хорошо, хоть не убил никого… А глаза, — Айдар поднял голову и посмотрел на меня, — глаза стали чужими.

В него будто вселился кто-то.

— Может, во время боя его головой сильно приложили? — предположил я.

— Может, — дернул он плечом. — Сильный противник попался.

— А хозяином кто был?

— Этот, как его… Рузанов Артем.

— Сын графа Рузанова? — уточнил я и сразу вспомнил инцидент с перевернутым грузовиком.

— Да, он. Говорят, только из Москвы вернулся. Академию окончил. Пять лет его здесь не было. Привез с собой монстра по кличке Буря.

Айдар провел рукой по лицу и, помотав головой, будто отгонял тягостные мысли, обратился ко мне:

— Я слышал, ты своего Бурелома потерял. Сочувствую. Теперь и я знаю, как это – потерять бойца. Своего Бия я берег, всегда заранее договаривался, что отступлю, и не гнался за наживой. А оно вон, как обернулось.

— Не переживай. Заведи нового и переключись на него. Я купил совсем недавно.

— Да? И как назвал? — оживился он.

— Пока никак. Но пара имен уже крутится в голове.