Дрейф-механик

Давить, крушить, вколачивать противника в грунт — это было совсем не в его характере. Он помнил об этом, смог себя пересилить — но Зимцову хватило полусекундной задержки, чтобы понять опасность и отразить удар.

Да, этот можжевеловый гад среагировал молниеносно, надо признать. Отпрыгнув, он взглянул на Яромила уже по-новому — пристально, без ухмылки.

Я догадался, что нам теперь придётся несладко.

И не ошибся.

Зимцов притянул все шесть лунных линий и разразился каскадом выпадов. Его посох метался с бешеной скоростью, блестя в свете ламп.

Яромил отбивался. Он был и вправду хорошо тренирован, ловок — однако с каждой секундой становилось яснее, что долго он не протянет. Противник превосходил его опытом, хитростью, а главное — злостью.

Кроме того, у Зимцова была поддержка, которую он ещё не использовал. Взяв короткую паузу, он разорвал дистанцию, оглянулся на Бурцева. Тот быстро повёл руками, добавив тягу по четырём лунным линиям, которые были ему доступны.

Я предельно сосредоточился, выжимая из себя всё, что можно. Ощущение было, как будто я чуть не вывернул себя наизнанку. Этот внутренний импульс срезонировал с окружающим фоном — мне помогло, что здесь была территория Дома, для которого я теперь считался своим.

«Жгуты» у меня в руках натянулись, словно стальные тросы.

То ли мысленно, то ли вслух я заорал Яромилу:

— Бей!

И он услышал меня. Каким-то образом понял, что нужно сделать.

Они с Зимцовым размахнулись одновременно.

Зимцов в этот раз бил сбоку. Его посох перемещался параллельно земле — описывал полукруг, нацелившись в правое плечо Яромилу. А тот ударил навстречу, слева направо и при этом чуть вниз.

Яромил метил не в противника, а исключительно в его посох. Выплёскивал всё своё отвращение к этой драке, к её орудиям. Настал тот редкий момент, когда он искренне, без остатка вкладывался в удар.

И этот его порыв я усилил тягой, спрессованной в один импульс.

Посохи сшиблись.

Лампы вокруг мигнули.

Удар получился на порядок сильнее всех предыдущих. Зимцов к такому был не готов — и не удержал свой посох в руках. Тот со звоном ударился о каменные плиты площадки и отлетел к её краю.

На миг повисла мёртвая тишина.

Зимцов ошеломлённо замер, не веря в произошедшее.