Алекс Бринер. Последний ранг. Том 2

В итоге мы проговорили ещё несколько часов. Искусственный интеллект оказался прекрасным собеседником, а в паре с Семёном — это был ещё и интересный человек.

В конце разговора он выдал, как вычислительная машина:

— Значит, как ты сообщил, в тот день на стадионе с Чёрной ареной было две тысячи пятьсот два человека. Всех установила полиция. Есть списки. Среди них и тот человек, в которого вселился Волот. Уберём погибших и тех, у кого не нашли ран, ведь обследовали всех. Маг крови, проникая в тело, всё равно оставил бы рану входа.

Порез или что-то подобное.

Я кивнул.

Семён рыл в верном направлении. Я и сам про это думал. Список тех, кто был на стадионе во время поединка, мне дал Чекалин. Больше двух тысяч имён, включая работников стадиона.

Но если зарываться и проверять каждого, уйдёт много времени.

— И ты сказал, что маг крови Волот совершил минимум девять перерождений, чтобы освоить все девять Путей магии, — добавил Семён, — а сейчас начал круг заново. Путь Дендро по второму разу пройден. Остаётся ещё восемь.

С каждым новым кругом он набирает силы. И если ему нужно проникнуть в червоточины, то он будет стремиться сделать это быстрее. И в конце он придет к тебе, Алексей, потому что ты единственный маг Пути Сидарха в мире. А магию сидарха он тоже захочет усилить.

Я сразу понял, куда он клонит.

— Значит, надо помочь ему в этом, а потом поймать на приманку.

Семён моргнул.

— Верно. Но надо быть осторожным, иначе станешь таким, как я.

Сказав это, он издал странный металлический скрежет, будто рассмеялся, его рот открылся, а сам голем дёрнулся, немного отвёл голову назад и затрясся всем телом.

Да он действительно рассмеялся!

— Это что, была шутка? — усмехнулся я, глядя, как механический Семён хохочет.

— Представь себе, — ответил он, перестав дрожать и скрежетать стальными частями.

Я поднялся с кресла и протянул Семёну руку.

— Спасибо. И прости меня. Я рад, что ты жив и стал ещё более въедливым засранцем, чем раньше. У меня будет к тебе ещё одно дело, но пока занимайся дедом.

И знай, что ты всегда можешь на меня рассчитывать.

Тот неуклюже наклонился и глянул на мою ладонь, а потом протянул свою единственную руку. Рукопожатие вышло крепким и болезненным (для меня, конечно).

— Приходи на мои похороны, кстати, — сказал Семён.

Я только открыл рот, но он опередил меня:

— И не волнуйся, помощь пока не нужна. Пусть дедушка отдохнёт. Я уже придумал, как снять с него все подозрения насчёт незаконных экспериментов и убийства меня.