Алекс Бринер. Последний ранг. Том 2

Мне даже стало не по себе — ну как её серьёзно воспринимать, да ещё с метёлкой и ковриком?

— Только попробуй что-то сказать насчёт моего роста, я тебе уши оторву! — с угрозой предупредила Азель. — И обязательно купи мне орешки и зефир! Белый. Без добавок. И не в виде сердечек. Ненавижу сердечки.

Она провела по моей руке метёлкой, пощекотав кожу, хмыкнула и опять выдала вердикт — «Неплох».

Затем развернулась и направилась к выходу.

— В понедельник, в шесть вечера! И не опаздывай! Одно опоздание — один выговор! Три выговора — и вейга разозлится! — У двери она развернулась и добавила: — А когда вейга злится, то это страшно, поверь мне.

Как только Азель вышла, Эсфирь растерянно уставилась на меня.

— Я не поняла, Алекс… Так она будет у нас убираться или нет?..

***

Поздно вечером ко мне в комнату неожиданно нагрянул Павел.

За его спиной стояла Алла. Девушка опиралась на один костыль — у неё была сломана правая нога.

Не успел её брат и рта открыть, как она заплакала и сделала неуклюжий шаг ко мне.

— Алексей! Я хочу… хочу вам сказать.

Она обняла меня так крепко и стремительно, что её костыль упал на пол. Павел поднял его и придержал сестру за плечи.

По его лицу было видно, что он счастлив, что сестра жива, но всё же груз от смерти врача на нём так и остался. Он будто повзрослел и что-то осознал для себя.

Когда Павел обнял меня и поблагодарил, как и сестра, то тихо признался:

— Больше не хочу изучать Дуо-То.

Входить брат и сестра Гауз не стали, торопились к родителям. Однако пришли они не просто поблагодарить, но ещё и пригласили меня на ужин.

Пришлось согласиться. Отказом я бы оскорбил весь род Гауз.

— Они хорошие, — констатировала Эсфирь, когда ребята ушли.

Да, я тоже так считал и был рад, что мне удалось вытащить Павла из червоточины живым и почти невредимым. А что насчёт его сестры, то к ней у меня снова накопились вопросы по поводу магии крови.

Пока же мне предстояла более важная встреча.

Назавтра я отправился к Чекалину. Было воскресенье, но меня заверили, что генерал работает без выходных. И снова меня посадили в военный дилижанс, и снова закрыли ставнями окна, и снова объявили, что мы приближаемся к пространственному коридору «Пятьдесят два», как в прошлый раз.

Меня сопровождала охрана, и теперь отношение ко мне стало иным — я ощутил это интуитивно.

Военные были более... хм...