Браконьер

Инфляция за эти годы составила процент невообразимого количества знаков, но грубо – все подешевело в сто раз после проведения денежной реформы в две тысячи шестом году. Для понимания текущих цен мне было этого достаточно.

Дальше – где я? В паспорте было указано в качестве места рождения село Шахтинское, и интернет говорил, что точка выхода в интернет также находилась в селе Шахтинское. Сматерившись, ведь ни мои продвинутые знания географии, ни карта субъектов Российской Империи не помогли мне понять, в какой части страны находилось это село.

Но вскоре я обнаружил новую для меня интерактивную карту и узнал, что село Шахтинское находилось в Красноярском крае в Восточно-Сибирском округе. От Шахтинского до Красноярска больше восьмидесяти километров, так что я недалеко от города.

А еще на интерактивной карте ноутбук сам построил маршрут из села в город и выдал номера рейсовых автобусов.

– Удобно.

Мое путешествие по современному интернету растянулось на несколько часов, и я узнал много нового, пока на экране смартфона (телефоны с сенсорными панелями так назывались) не появилось сообщение о ста процентах зарядки.

Из хороших новостей – АПИК жив и здоров, изломы радовали трофеями, а катастроф не было с тех пор, как я «умер». Излом – это портал в другой мир, ограниченный небольшой территорией, на которой помимо полезных ископаемых проживали агрессивные монстры, не способные прийти в наш мир.

Из плохих – мой факультет был расформирован, а ректор Алексей Земский стал просто временно исполняющим обязанности ректора в 2002-2003 учебном году. То есть не только перечеркнули мое детище, так еще и всю работу в течение года вымарали. И это после того, из какой финансовой задницы я вытащил академию!

В ярости я ударил по столу кулаком и сломал угол деревянного стола. Это чуть охладило мой пыл, и я взялся за случайно замеченную под кроватью разборную двадцатикилограммовую гантель.

Физические упражнения всегда меня успокаивали, а наличие маломальских физических данных у моего нового тела вселяло уверенность... что я смогу отбить академию, которую уже успел считать своей. То, что меня буквально вычеркнули из истории АПИКа после всего того, что я для нее сделал, я простить не мог.