А ты точно герой? Том - 1. Сын ярла

Такое количество людей попросту не могут идти в хоть сколь-нибудь согласованном марше, а значит, они это делают медленее и в процессе пути куда менее защищенные.

Во-вторых, такую ораву людей нужно прокормить. Просто остановиться у какой-нибудь ближайшей деревни и ее ограбить не получится, ибо навряд ли по всей деревне найдется достаточно еды, чтобы прокормить такую орду. А значит, если эта армия быстро не достигнет результатов или будет втянута в достаточно серьезное и длительное сражение, у нее начнется голод, а он плохо влияет и на боевые качества воинов, и на их моральный дух, который еще сильнее ослабит вражеское войско.

Так что план был прост и понятен. Нужно оставить вражескую армию без еды. Вопрос лишь в том, как именно это сделать? Просто взять да связать их сражением? Не получится, ибо, как только вражеские военачальники поймут, что взятые с собой запасы еды начинают иссякать, они пойдут в одну очень яростную атаку. Да и удержать армию численностью почти в семь тысяч воинов крайне непросто.

Какие варианты есть еще? Запереться всеми силами во Фрустеде? Тогда вопрос в том, у кого начнется быстрее голод, у них или у нас. Да и наладить обозы с пищей не столь трудная задача, с которой местные наверняка легко справятся. Можно, конечно, попробовать эти обозы вылавливать, но, боюсь, что это затея не из лучших.

— Ну что, господа-товарищи, какие у вас идеи? — Мой отец обвел взглядом всех ярлов, которые, в отличие от меня, выглядели шокированными после того, как мой отец озвучил им последние новости.

— Да что ж это творится-то… Север сам с собой воюет… — Кажется, больше всех был удивлен ярл Даскерминда, который все это время принимал пускай и активное участие в боях, но, говоря откровенно, не слишком лез в действительные составляющее этих сражений.

— Нужно дать отпор. У меня еще есть небольшие силы в запасе, — Ярл Дзаза подключился к делу первым, что и не удивительно, как-никак, а он был одним из тех, кто в целом знал, что нас может ожидать. — Нам нужно переманить ярлов востока к себе под знамена, оставив конунга без его основных сил.