Восставший.

Эти аристократичные семейки подбираются к нему.

– А улицы тут при чём? Он бы тогда гвардию в свой дворец запихнул.

– Потому что с улиц всё и начнётся, балбес.

Они остановились возле лестницы, прямо в паре метров от меня. Я даже дышать перестал, лишь бы не выдать своё присутствие.

– А кто сейчас на втором? – один из охранников сменил тему разговора, указав дубинку на лестницу, по которой я только что спустился.

– Э-э, – его коллега почесал затылок. – Вася, кажется.

На лице второго охранника появилась зловещая улыбка, он хлопнул своего товарища по плечу.

– Ты думаешь о том же, о чём и я?

Первый также начал улыбаться и пару раз кивнул.

– Напугаем его, как в тот раз.

Они оба начали смеяться, но тут же спохватились, понимая, что их потенциальная жертва может их услышать.

Вот только они не знали, что их жертва придёт в себя через пару часов, минимум. Скорее даже часа через три. И то, что они собираются подняться наверх и не обнаружить там своего коллегу, очень сильно мешало моему плану.

– Ты дверь то закрыл? А то плешивый надаёт нам по головам.

Охранник потряс перед лицом своего товарища связкой ключей.

– Ты каждый раз спрашиваешь. Закрыл-закрыл. Пошли, не ломай мне удовольствие.

То, что дверь оказалась закрытой, только добавило мне уверенности в том, что я не должен дать им подняться.

Я отошёл от стены, дождавшись, что они пройдут немного вперёд и окажутся спинами ко мне.

Первому я ударил рукоятью в область шеи. Проверенный удар, который отлично сработал на его коллеге этажом выше.

Он тут же рухнул лицом вниз, как следует прикладываясь носом об ступеньку. Его я выбрал первым так как его единственное оружие в виде дубинки уже было у него в руках.

К моему удивлению, второй охранник не впал в замешательство или вовсе в панику.

Он резко обернулся и потянулся к дубинке, при этом выставив вперёд руку.

Мне нужно было действовать быстро, чтобы не дать ему позвать подмогу.

Поэтому я врезал ногой в область его коленной чашечки. Послышался хруст.

Он уже открыл рот, чтобы заорать от боли и страха, но мой кулак пришёлся прямо в нижнюю челюсть.

Это был нокаут, глухой и безоговорочный. Он рухнул рядом со своим товарищем, запрокинув голову на ступеньке.