Восставший.

Но я знал, что где-то в соседних районах кипит жизнь.

Скорее всего и рядом с нами она тоже “кипит”, просто мы этого не знаем, не видим. Если здесь выживают люди, то они точно умеют прятаться.

– Ладно, тянуть больше нет смысла, – Ворон с обречённым видом подошёл к калитке и два раза ударил по ней кулаком.

Звук получился глухой, но он разнёсся по всему двору. Я даже почувствовал, как забор завибрировал.

– Агата, нужна помощь, – крикнул он и покачал головой, всем видом показывая, насколько сильно он не хочет с ней связываться.

Старый, к этому времени, остановился у ворот и смотрел на входную дверь.

Пока что никакой реакции не последовало. Я продолжал осматривать улицу, ожидая, что кто-то из оранжевых масок уже наблюдает за нами, выжидая удобный момент для нападения.

Ворон вновь занёс кулак, чтобы постучаться, но в этот момент входная дверь распахнулась, ударившись о стену.

– Что ты тут забыл? – голос был строгий, громкий, но при всём этом звучал он по-настоящему женственно.

Я тут же обернулся и смог её разглядеть.

Чёрные вьющиеся волосы, опускающиеся на плечи. Строгие, но красивые черты лица. Она хмурилась и внимательно осматривала нас своими тёмными глазами. Руки она сложила на груди. Одетая в чёрное платье, она немного сливалась с темнотой дверного проёма, в котором она и остановилась.

– Агата, рад видеть, – более фальшивой радости я никогда не слышал.

Ворон с трудом выдавил из себя улыбку.

– А я нет. Что надо? – она перевела взгляд на меня и мне стало немного неловко, слишком много недоверия в нём было.

Ворон выдохнул, слова давались ему тяжело.

– И что Старый делает у моих ворот? – она кивнула в сторону нашей повозки.

– Слушай, нам нужна помощь, – наконец выдавил из себя Ворон. – Нужно место, где мы можем немного переждать.

– Кто мы? – она вновь посмотрела на меня, как бы намекая, что именно я могу стать причиной для отказа.

– Это Илья Державин.

Фамилия ей была явно знакома. Её лицо слегка просветлело, взгляд изменился.

– Державин. Погоди, так это про тебя было в утренней газете.

Мы с Вороном переглянулись.

– Что там было? – спросил я.

– Твоя усадьба ночью сгорела. Она же теперь твоя? Ну, была.

Ворон присвистнул, а Старый, слушая всё со своего места, хохотнул.

– Быстро Матвеевы работают, – констатировал Ворон, сплёвывая на землю. – Обозлились, что ничего не нашли и что нам удалось уйти. Решили, что тебе не должно достаться ничего.