Восставший.

Вокруг была темнота и только благодаря луне и тому, что глаза постепенно к темноте привыкли, я всё ещё видел дорогу, которая уходила куда-то дальше.

– Два часа, – как бы подытожил Старый и повернул в поле. Трава была не настолько высокой, чтобы полностью скрыть повозку, но думаю цель была не в этом. Просто на дороге он излишне привлекает внимание. Если тут, конечно, было кому это внимание привлекать.

Я ещё раз осмотрелся. Всё выглядело каким-то пустым, не живым.

– За мной, – Ворон перешёл на шёпот.

Он подошёл к краю дороги и пошёл вперёд.

Поначалу ничего разглядеть не удалось. Казалось, что мы идёт в абсолютно безлюдной местности. Может перепутали дорогу?

Но на мой вопрос сразу же нашёлся ответ.

Впереди я увидел массивный, чёрный силуэт. Поначалу это выглядело, как небольшая гора. Но когда мы остановились, мне удалось рассмотреть эти очертания получше.

Это была усадьба.

Двухэтажный дом расположился в небольшой низине. Дорога вела прямо к воротам. Вся территория была огорожена небольшим забором, который скорее служил декором и способом очертить свои владенья, чем какой-то метод защиты своего имущества.

– Жаль, что твоего отца вынудили отказаться от этого дома.

Ворон смотрел вперёд. Я видел, что он рассматривает знакомую ему местность, в глаза у него были чувства, которые говорили, что у него явно есть воспоминания об этой усадьбе.

– Матвеевы часто убирают конкурентов именно таким образом. Не даром их прозвали банкирами. Я думаю, что даже император у них в долгах.

Этой фразой Ворон приоткрыл завесу тайны над загадочными Матвеевыми. Видимо отец с ними и боролся.

– Сложно сказать, сколько родов они подмяли под себя таким образом. Твой отец мог бы отказаться от всего и пойти под их власть. Ты понимаешь, почему он отказался? – он неожиданно перевёл взгляд на меня, чем застал меня врасплох.

Само собой я не знал, но получить весь расклад очень хотелось бы, поэтому я отрицательно мотнул головой.

– Чтобы дать тебе шанс. Я знал твоего отца очень хорошо, и я уверен, что напрямую он тебе этого сказать не мог.

Ответить я не успел.

– Опыт показывает, что почти никто не готов от него отказаться. Это же гордость рода. Никто не хочет стать тем, кто его потеряет и на ком род прервётся. Твой отец нашёл в себе эти силы, чтобы не стать очередной пешкой.