Восставший.

Я повернулся к Агате. Она была полна решимости. В любом случае они правы, времени всё равно мало и откладывать этот момент смысла нет.

Я зажал пузырёк пальцами и аккуратно потянул вверх крышку, которая с характерным хлопком вылетела из горлышка.

Я выдохнул и выпил его залпом.

Вкус было кисловатый, а когда зелье опустилось ниже, то я и вовсе почувствовал, как внутри разгорается жар.

Поначалу никаких изменения я не заметил. Может их и не должно быть?

Я сфокусировался на собственной ауре. Силы магии яда ещё оставались во мне, медленно испаряясь.

Я решил ориентироваться на неё, чтоб понять, сработало ли.

– А когда должен быть эффект? – Агата уставилась на меня, но вопрос задала Мастеру.

Тот пожал плечами.

– Об этом тоже информации мало, но по тем крупицам знаний, что я смог добыть пока вас не было, эффект должен быть стремительным.

В любом случае, сейчас я ничего не чувствовал.

Неприятный привкус во рту начал пропадать и я собирался сообщить об этом Мастеру, когда меня прервал стук в дверь.

Хотя трудно назвать это просто стуков. В неё ударили три раза с такой силой, что петли жалобно скрипнули, а доски затрещали.

– Ждёте гостей? – спросил я Мастера, который недоумённо уставился на дверь.

Стук повторился.

– Откройте! Именем императора.

– По нашу душу? – тихо спросила Агата, обращаясь ко мне.

Я лишь пожал плечами и осмотрел комнату. Спрятаться тут было негде, поэтому это не имело смысла.

Стук повторился снова. За ним ещё раз раздался голос.

– Я выбью эту дверь!

– Ладно-ладно, – я решил взять ситуацию в свои руки. Кинжал был при мне, как и остатки магии яда, так что шансы есть. – Буду говорить я, – эту фразу я проговорил шёпотом, обращаясь к Агате и Мастеру.

Агата обладала силой, поэтому я был уверен, что в случае конфронтации, мы дадим им отпор.

Я подошёл к двери и провернул ключ, вставленный в замок. Услышав это, стоящие снаружи, тут же пихнули её в мою сторону, от чего я чуть не встретился с ней лицом.

– Почему долго открывали? – первым зашёл гвардеец среднего роста, с огромным животом, который нависал над широким кожаным ремнём.