Чёрный хребет

«Марли» пасутся на узкой полосе зелёной земли рядом с горами.

– Надо отвести его домой, – говорит рыжая.

Пока девочки спорили, как со мной поступить, я успел запомнить их имена, а также кое-какие детали моей биографии. Оказывается, семья каждый день посылает меня сюда, чтобы пасти марлей. Это обыкновенно спокойный рогатый скот, дающий молоко и мясо. Но сегодня одна из самок взбесилась.

Но что больше всего удивило: у меня есть сестра и два младших брата.

Всегда хотелось иметь братьев.

– Послушайте, – говорю. – Похоже меня приложило сильнее, чем я думал.

– Там, – указывает рыжая Грисель.

– Да не там, а вон там, – Йонетт указывает на пять градусов левее.

Снова начинают спорить.

Из разговора я понимаю, что наша деревня – Дарграг – единственная по эту сторону горного хребта. Все остальные деревни – по другую сторону.

А ещё...

Что горный хребет служит для нас естественной защитой от диких племён с другой стороны, среди которых людоеды и приверженцы кровавых богов.

– Ладно, ведите меня домой, – говорю.

– Я его отведу, – вызвалась Грисель.

Остальные девочки пообещали привести наших марлей, а мы вдвоём отправились вдоль хребта к Дарграгу. Уже подходя к дому, я понял, где оказался. Второй шанс я получил в месте, сильно отстающем от нашего во времени и технологиях. Средневековье, если не раньше. Тысячу лет назад так выглядело человеческое поселение.

По размеру не маленькое и не крупное – человек пятьсот.

Деревянные дома, деревянный частокол, сторожевые башни, на которых несут дежурство люди с луками.

– Сторожевые посты здесь, чтобы защищаться от дикарей с той стороны гор? – спрашиваю.

– Скорее от скорпионов, – смеётся Грисель.

Что это за скорпионы, от которых нужно защищаться луками, спрашивать я не стал.

Девочка привела меня домой – обыкновенная деревянная постройка на одну семью. Завела в дом, где меня встретила женщина слегка за тридцать. Мама.

– Его марли боднула, – говорит Грисель, и женщина неодобрительно качает головой.

– Гарн, вот почему с тобой вечно что-то случается?

Наклоняется ко мне и тщательно осматривает голову, спину, проводит пальцем по ушибленному месту.

– Иди ложись на кровать и не двигайся до самого вечера, понял?

– Да, – говорю.

Однако стоит ей скрыться в другой комнате, я тут же выхожу на улицу. Брожу между деревянных домов, слушаю разговоры, проникаюсь местной жизнью и впитываю колорит.