Возвращение Безумного Бога 2

Мы можем сами кокон не вскрывать, но можем немного помочь его обитателю.

Аккуратно протянув руку, я коснулся твердой поверхности, концентрируясь. Попытался использовать свой Дар, чтобы постепенно ослабить прочность волокон. Но кокон оказался слишком прочным, не поддавшись давлению.

Способность расы мирмеций поражала. Такому волокну ведь тоже можно найти хорошее применение.

Настя тоже попыталась воздействовать на него, но безрезультатно. Даже Айсштиль, собрав всю свою мощь, не смогла ничего сделать. Волокна кокона остались имунны к холоду.

— Эта штука просто невероятно прочная! — воскликнула богиня, отступая. — А сильнее давить нельзя. Мы просто порвем или повредим то, что внутри, если будем действовать грубо.

Эмми беспокойно вглядывалась в кокон, обхватив себя руками.

— У меня есть идея, — вдруг сказала она. — Возможно, дурацкая…

Все выжидающе посмотрели на девушку.

— И в чем же она заключается? — осторожно поинтересовался я.

Эмми нерешительно взглянула на меня.

— Костя, а что насчет Фёдора? — медленно произнесла она.

Я задумался, вспомнив, как Федор отчаянно пытался защитить этот кокон. Думаю, это как раз тот случай, когда инстинктам нужно дать шанс.

Не раздумывая, я тут же вышел из комнаты и отправился на поиски Федора. Найдя его в том подвальном помещении, где мы его оставили, я поспешил обратно к девушкам. Муравей послушно шел за мной, признавая во мне более старшую особь нашего «муравейника».

Когда я снова появился в комнате, Федор сразу же метнулся к кокону, издав мелодичное стрекотание на своем муравьином языке.

— Давай, Федор, — тихо сказал я. — Помоги нам. Что говорят твои инстинкты?

Муравей-гигант осторожно потянулся к кокону своими антеннами, тщательно ощупывая его. Затем практически сразу он осторожно натянул поверхность кокона когтистыми лапами и коснулся ее жвалами. Аккуратно разорвав в нескольких местах плотную оболочку, муравей начал расширять прорехи.

Шаг за шагом Федор расширял отверстие. Наконец, вся передняя сторона кокона оказалась вскрыта. В полумраке помещения мы различили очертания нового, пробуждающегося существа. Оно медленно выбиралось наружу, словно дитя из материнской утробы.

Маша замерла, вглядываясь в кокон, ее кошачьи уши подрагивали, ловя каждый звук. Настя, Айсштиль и Эмми тоже придвинулись ближе, не скрывая своего волнения.