Варленд: Время топора

– Делить власть под самым носом у демонов? Не это ли истинное безумие? – обронил Дажоб и, завязав котомку, обнял на прощание друга.

Часть первая: «Там, где обитают боги». Глава 4 - Тайны монолита

Как мало в мире дружбы среди равных.

Заметки на полях войны

Великий остров демиурга Природы.

Первое, что ощутил Андрен Хафл по пробуждению, это щекой траву и тёплую землю. А по носу полз большой чёрный муравей, забавно дёргая ножками перед глазами и щекоча. Не правы были его собеседники, когда решили, что на острове нет жизни.

«Пора подниматься. Почти пришёл в себя», – подумал князь и укусил травинку. Пожевал, ощущая горький привкус: «Но, если трава живая, есть насекомые, а животных и птиц нет, этому должно быть объяснение».

Что-то подобное этому вкусу происходило и внутри князя. Горечь и недоумение.

Грок рывком поднял же рывком поднял его подмышки, как будто тот ничего не весил:

– Очухался? По какому случаю припадок?

Андрен отряхнулся, отвернулся от спутников и поднял руки к монументу, указав на него пальцем:

– Это строение бога природы.

– Почём тебе знать? – не поняла Чини, привыкшая за последнее время всё ставить под сомнение.

– Монолит явил мне многое, – ответил Хафл и белёсая волна, мелькнув с его рук, врезалась в тёплый, чёрный камень. А затем исчезла, оставив едва заметную полоску.

– Что ты делаешь?! – закричали оба за спиной, не желая гневить ни одного из богов, пусть даже бога Природы.

Но дело уже сделано. И монумент, подрезанный как колос косой в поле, сполз на пол локтя у основания. Затем со скрежетом и грохотом стал корениться на бок, более не имея структурной целостности.

Орк с бардом застыли, не в силах и пошевелиться. Во все глаза смотрели, как огромное «жилище» бога Природы рушится велением имперского боевого мага, который давно сам себе на уме.

Андрен оттолкнул обоих.

– Ты…ты… – Северный орк побелел от подобного уровня богохульства, словно не помнил, что совсем недавно сам сравнивал богов с голубями.

Но рушить дома богов на их территории мог только безумец!

Запинаясь, как отвечающий первокурсник на первом уроке перед аудиторией, Грок пытался добавить что-то ещё, но не мог.