Арена Всех Миров

Сделав лицо максимально угрюмым, что не так для него было трудно, охотник за головами принялся за выполнение заявленных обязанностей. Люди заходили, оплачивали услуги, уходили в комнаты на этажах. Селин, которая болтала без умолку, рассказала ему, что чем выше ранг, тем дальше может подняться клиент, получая, как она говорила, наивысшее удовольствие.

— Неужели это касается исключительно удовольствия, госпожа Селин?

— Хм. Какой умный вопрос, — её голос на секунду стал очень холодным и мгновенно вернулся обратно.

— Понятно, — кивнул он, ощутив эту смену настроения. — Что-то есть там. Конечно. Это город воинов в первую очередь. Наверняка есть некоторые вещи… Которые мне бы, как солдату, пригодились бы.

Прошло несколько часов в полной идиллии, пока не наступил первый инцидент. Один пьяный мужчина настолько не желал уходить от заказанной девушки, что буквально лёг на неё, крепко обнимая. Натянув на лицо ткань, Криз с отвращением пытался толкнуть пьяное и потное тело голого мужика с кровати.

Во второй раз, под самый конец его необычной смены, к ним зашла группа одинаково одетых вояк, по манере речи которых Криз сразу определил бандитов. Селин при их виде сразу поморщилась, но натянула улыбку.

— Добро пожаловать, дорогие клиенты, — сладким голосом сказала она.

— Пятерых нам, — сразу перешёл к делу главный из бандитов.

— Пять монет.

— Четыре. Твоя фракция нам должна за то, что один из твоих неудачников попытался попасть туда, куда не надо.

— Пять монет. Это дело фракций, а не нас, — твёрже сообщила женщина, не сильно испугавшись слов человека.

— Шлюха, ты глухая? Я говорю тебе, что ты должна за твоего сдохшего щенка нам одну монету. За то что мы над ним так долго издевались, так и быть, скидку сделаю… Если ты будешь пятой, я заплачу за это.

Бандиты за ним начали смеяться, пока блондинка бледнела от ярости.

— Я не исполняю услуги борделя, — с некоторой паузой ответила она. — Пять. Монет.

— Слушай. Ты же не хочешь, чтобы вечерком ещё пара ваших домой не вернулась, а? Ведь понимаешь, что мы легко их на арене поубиваем? — оскалился командир, явно наслаждаясь идущим разговором.

Криз понял, что пора вмешиваться. Конфликт дошел до той точки, когда очевидно, что обе стороны не пойдут на уступки.