Арена Всех Миров

— Получается… Она не смогла? Наверняка он про нашу клятву от неё и узнал! Значит я просто убью его, освобожу Мерил и сражусь с ней, если она того сама захочет.

— Бой будет тогда, когда ты пожелаешь. Кирлаэн сейчас неподалёку, — добавила эльфийка.

— Тогда можешь его звать, я готов, — объявил Криз.

— Вот и отлично, — подытожила Мириэл. — Иди за мной тогда.

Второй раз Криз оказался на арене тринадцатых рангов. Эта часть ристалища была во много раз больше, чем все, в которых он находился до этого. Мягкий песок хрустел под сапогами, пока распорядитель позади него отправляла своих подчинённых за его противником.

Пока длилось ожидание, мужчина достал свой меч, наслаждаясь видом красивых рун. Пусть они и были лишь декорацией, его сердце приятно замирало от переливов светящихся символов.

Ажиотаж от предстоящего боя лишь нарастал. Когда выяснилось, что Возмездие прибыл на арену для очередного боя, количество зрителей увеличилось многократно. Среди них наверняка были как простые зеваки, так и очень сильные представители школ техник и аристократических семей.

Были некоторые, чьи родственники стали жертвами охотника за головами. Криз чувствовал их взгляды.

Ненависть.

— Я уже привык, — вслух ответил он им тихим голосом. — Этим меня уже не удивить.

— А вот и твой противник, Возмездие, — сообщила подошедшая женщина.

За ней медленно двигалась тонкая фигура в простой кожаной броне и плаще. Даже маска прилагалась, хоть и без рисунка. Словно перед ним была худая копия его самого из прошлого.

— Понятно, — спокойно сказал Криз, обхватывая клинок двумя руками.

— Приступим?

— Начинайте, когда решите сами, — покачала головой Мириэл, начиная идти прочь. — Это ваша дуэль, точно не моя.

— Красиво сказано, — глухо раздалось со стороны Кирлаэна. — Но для этого стоит добавить правильные декорации.

— О чём ты, эльф? — настороженно спросил охотник за головами, делая аккуратно несколько шагов назад.

Гладиатор достал из своей брони золотой амулет с рангом и прозвищем. После чего перчатка, что его держала, начала тлеть, задымившись.

Под ошеломлённым взглядом Криза символ плавился и стёк полностью на песок. Пока взгляды всех зрителей были обращены на странный поступок, фигура начала меланхолично снимать остатки первой перчатки, а затем принялась за вторую.

Следом отправилась остальная броня. С каждым действием взору человека открывалась излишне женственная бледная кожа, пока его не стали терзать сомнения. И в тот момент, когда руки Мерил коснулись капюшона, он всё понял.