Арена Всех Миров

Девушка хотела обнимать ту сладостную боль, которую предлагал огонь.

Единственная боль, которая дарила ей счастье.

— Пожалуйста, — прошептали её губы. — Вернись.

А затем её сознание прекратило борьбу, выпуская разум обратно в реальное тело. Девушка открыла глаза, понимая, что в поту и вся горит. Энергия, которая изначально в ней уснула, теперь вновь кричала бурным потоком. Причём намного... Во сто крат сильнее, чем до попадания в плен. В окно стали пробиваться первые лучи.

Это был тот самый момент, когда ей приносят завтрак.

Мерил, безумно улыбнувшись, аккуратно спустилась на пол, избегая ногами следов рвоты. Хромая от боли в левой ноге после ударов Линдаэль, девушка приблизилась к двери, дрожащей рукой касаясь ручки.

Её ладонь отказывалась сжиматься. Ей опять стало тошно, когда она задумалась над тем, что делала этой рукой.

— Я могу мыслить! — кричало тем временем в ней. — Убью. Всех!

За дверью послышалась суетливая речь служанок. Мерил замерла, взглядом выискивая в комнате хоть что-то, чем можно сражаться.

Такого не было.

— Как мне надоело носить ей еду, — раздалось спокойным голосом.

— Согласна, — у второй тон был несколько выше и противней. — Хотя на ней уже живого места нет. Не удивлюсь, если сдохнет во время очередной игры госпожи Линдаэль.

— И тогда Кирлаэн снова обратит на нас внимание, — мечтательно проговорила первая.

— Я вас обеих слышу, курицы безмозглые, — хохотнула сама Линдаэль, что стояла позади них. — Быстрее открывайте дверь, чтобы я смогла пробудить нашу соню.

Но прежде чем служанки исполнили задуманное, двери и они сами перестали существовать. Их поглотило ревущее пламя, сплошным потоком вырвавшееся из комнаты Мерил и пробившееся стену в коридоре дальше наружу из поместья. Эльфийка вздрогнула, инстинктивно сделав несколько шагов назад и касаясь своего пояса.

Но там не было меча.

— А я слышала каждую из вас, — высказалась девушка, проходя сквозь огонь и щелчком пальцев прекращая его поддержку. — Каждый день. Каждую ночь. Каждый удар.

— Опять? Почему артефакт прекратил работу? — возмутилась эльфийка, пятясь. — Стой, я тебе приказываю!

Тело Мерил пронзила сильная боль. Её конечности отказывались слушаться, а сердце неприятно сжалось. Контроль над телом вновь покидал её разум. Но в этот раз человек с рычанием потянулась обратно, крепко схватившись за собственную суть. Из её носа вырвался дымок, словно внутри полыхал вулкан. Всё тело покраснело, а каждый шаг оставлял след на ковре.