Основание. Пятый пояс

Тут и там мелькали нити стихий, больше и ближе всё же моей, синей, но я сосредоточенно обходил их стороной, старательно пытаясь не втягивать, не отталкивать, даже не касаться, словно их здесь и нет. Это упражнение только на духовную силу.

Первый духовный камень распался на десятки нитей, превратился в сгусток силы, который тут же снесло Круговоротом, втянув в него. Этот камень из числа очень-очень старых, полученных мной ещё в Первом поясе, духовная яшма, здесь она и за деньги не считается, так, мусор, случайно завалявшийся в одном из кисетов.

Подумать только, когда-то я был поражён, увидев этот трюк в исполнении Сарефа, затем долгие месяцы не мог повторить его, а сейчас камень сам развалился, без малейших усилий с моей стороны.

Я задавил неуместную гордость, нечем тут гордиться, не очередной победой над мусорным духовным камнем во всяком случае. Сосредоточился, ускоряя Круговорот, заставляя силу циркулировать внутри меня ещё быстрей и тем самым усиливать внешнее течение энергии. Ещё и ещё раз.

Средоточие, которое не особо и растратилось в вечернем тренировочном поединке, наполнилось до предела, его синь потемнела, став цвета предштормового моря, перестало вмещать в себя духовную силу. Ещё сотню вдохов я буквально трамбовал в него энергию, раз за разом используя все хитрости, которым обучил меня Седой и которые придумал я сам. Здесь были и прямое управление, и ладони воли, и внешний шар силы, и духовная оплётка средоточия, которыми я пытался повысить плотность духовной силы в средоточии, сделать небольшой шаг вперёд в познании этой самой духовной силы, но быстро пришёл к пределу.

Средоточие начало буквально истекать голубой пылью энергии. Я её в него впихивал, а оно ей истекало, невзирая ни на ладони воли, ни на оплётку. Просачивалась сквозь воображаемые пальцы, проскальзывала между нитями оплётки. К сожалению, добиться треска, который бы означал хоть небольшое, но увеличение средоточия под напором заполнявшей его силы я не смог.

Как бы я ни старался, но повторить эффект Ростка Средоточия у меня до сих пор не выходило.

Возможно, это и вовсе невозможно — где это видано, что так просто, в лоб, одной лишь грубой силой повторить действие неповторимого зелья Древних? А возможно, я просто ещё не столь силён, ловок и умел, чтобы повторить его.

Даже Рутгош, не говоря уже о Седом, буквально плешь мне проел рассказами о том, что я тороплюсь и пытаюсь за несколько недель пройти путь, на который у многих уходят годы.