Основание. Пятый пояс

С сектами же Испытание может означать либо успех, либо гибель жертв. Достаточно набрать новых и секты будут готовы повторить свой ритуал и снова обрушить Испытание на Барьер.

Я только покрутил шеей. Ловко. Эдак можно хоть каждый месяц требовать что-то у Империи, лишь бы людей в секте хватало. Кстати.

— И что обычно требуют?

Седой пожал плечами:

— Не могу сказать. В те два раза, про которые мне известно, они требовали множество зелий Древних и кости идущих этапа Повелителя Стихии.

Я замер, пытаясь уложить в голове услышанное.

Рутгош попробовал сменить тему, точнее, вернуть разговор к тому, с чего всё началось:

— Поэтому Древние и выбрали такой способ — выматывать сектантов в десятках схваток, выбивать у них сначала слабейших, затем чуть более сильных и умелых, водя их по лабиринтам, лишая тех, кого можно принести в жертву, и раз за разом давая надежду выбраться из ловушки, победить, добраться до Ключа. Вернее, лишить сильнейших сектантов их подчинённых и сойтись с ними в битве один на один.

Я вспомнил внутренний двор Зала Стражи в землях Ян, где дух сошёлся в битве с сектантами. Возможно, это имеет смысл. Как бы повернулась та схватка, если бы врагов было вдвое меньше? Скорее всего, как в городе Тысячи Этажей, где Изард устроил лабиринт из этажей города и выбил сектантов, победа бы осталась на стороне духа Зала Стражей.

В этот момент сквозь иллюзию ногами вперёд проскочил напарник Дима, Карай. Значит, не ловушка, которая могла бы запереть их на… сколько? Полгода, год, три года? Любой из этих сроков, даже самый малый, ставил под угрозу всю нашу задумку.

На карте, что составляли уже мы, пройденный нами путь змеился и петлял так сильно, что иногда мне казалось, мы топчемся на месте, буквально петлями ходим на пять ли вперёд, на пять ли назад, к самому краю иллюзорного каменного плато, затем снова на пять ли вглубь и делаем новый разворот обратно.

Оставалось раз за разом утешаться мудростью искателей Ордена в том, что прямой и лёгкий путь на Поле Битвы редко ведёт к успеху.

Тем временем Карай выбрался из ямы, отряхнулся от песка и подскочил для доклада.

— Глава, старейшины — там солнце, зелень и нет запретов. Ни одного Червя.