Основание. Пятый пояс

Что за нравоучительный тон? — я, буквально передразнивая, повторил. — Слышали, но не приняли, глава.

Алкай побледнел:

— Глава…

Я вздохнул, потёр бровь:

— Я тоже перешёл черту. Прошу простить меня, старейшина.

— Глава…

— Объясню почему я раздражён вашей радостью. Потому что иногда лучше ожидать худшего и в итоге радоваться даже малости хорошего, чем возлагать столь много надежд на будущее. Разочарование может быть слишком сильным в итоге.

— Очень мудрые слова, глава.

Этот тон мне тоже не понравился. Если в прошлом замечании я услышал насмешку над своим возрастом, то сейчас пустую лесть, которой я не заслуживал.

Поэтому лишь скривил губы и заметил:

— Наверняка не мои. Может, это Седой говорил мне такое, может быть, учителя в Академии, может быть, один мудрый старший, которого я как-то встретил на пути. К чему я веду, Алкай, уверен, в вашем прошлом тоже были такие надежды, например, когда вы пришли в клан Кунг. Но чем они обернулись?

— Люди тоже не могут быть всё время в отчаянии, глава.

— Я лишь надеюсь, что вы, старшие, притушите слишком большие надежды. Я бы хотел двигаться постепенно. Первая задача — разбить лагерь, где мы сможем оставить всех наших людей.

— Те три места, что предложили искатели Орд… — Алкай сбился, тут же исправился, — семьи, вам не нравятся, глава?

— Да нет же! Мне не нравится, что вы всё больше думаете не об этом лагере и Каменных Лабиринтах, а о пятой, а то и шестой звезде нашей фракции.

— Каменный Лабиринт, молодой глава, — поправил меня подошедший Седой.

— Искатели Морлан считают его одним целым и общим.

— Да какая разница, Лабиринт или Лабиринты? — устало спросил я. Почему они всё время меняют тему?

— Ты слишком строг к нам, молодой глава, — покачал головой Седой. — Твои опасения понятны, но радость схлынет и всё будет так, как ты и хочешь.

— Не заметно, чтобы за эти дни она схлынула.

— Сейчас, вне стен, на Поле Битвы всё изменится. Подожди немного.

— Конечно, я подожду, Седой, куда же я денусь.

В тишине мы втроём следили, как семья Сломанного Клинка покидает город Пяти Ветров.

Сто Мечей, без малого полторы сотни бывших орденцев, больше четырёх сотен откликнувшихся на мой призыв. Было даже больше, но когда стало ясно, что пора выходить на Поле Битвы и не просто выходить, а идти туда всем, даже Мастерам, Воинам и Закалкам, немало идущих тихо улизнули.

Улизнули, впрочем, слишком сильное слово. Просто ушли. Средь бела дня и их никто и не думал останавливать.