Основание. Пятый пояс

Потный, покрытый каменной пылью, я вкопался, вгрызся туда и сдал этот экзамен самому себе, заставив бесследно исчезнуть «Смерть» над своей головой. А там уже и до города осталось рукой подать — чуть подняться вверх, немного спуститься и выйти к окраине города.

Нам понадобилось на это «чуть-чуть» больше половины дня и ещё шесть зон запретов, которые я проходил уже вместе с Седым и Рутгошем. Зеленорукий то ли задержался для усиления оставшегося отряда, то ли не хотел соваться без нужды в зоны, где не только нельзя было использовать ничего, даже медитации, но и приходилось каждый шаг нести на себе давление невидимого Указа, который желал только одного — убить тебя.

Если последнее, то его можно понять. Это для меня подобное часть моих умений, я привык то ограничивать себе Возвышение, то наказывать себя болью, а для него подобная тренировка только начала входить в привычку. Про Седого и Рутгоша и говорить нечего. Не удивлюсь, если они провели на Полях Битвы времени больше, чем я живу на свете.

Мы уничтожали основу зоны запрета жизни, дожидались основного отряда, находили, где новая зона запрета примыкала к старой, и повторяли всё это. Сначала добрались до гребня, с которого нам, наконец-то, открылся вид на город, а затем спустились с этого гребня, выйдя к окраине и первым разрушенным поместьям.

Я тяжело вздохнул при виде этих руин.

Седой, не оборачиваясь, спросил:

— Что не так, молодой глава?

Отвечать особого смысла не было, мы это уже не раз обсуждали, но я всё же сказал:

— Если впереди нет иллюзий, то в городе нет уцелевшего духа.

— Иллюзий нет, нет и духа, — сказал Рутгош.

Седой тут же добавил:

— Альянс Тысяч Сект наносил удары начиная с Шестого пояса. Именно туда, за первую границу, отделявшую Альянс от Империи, хлынули сильнейшие сектанты. Сюда, в Пятый ударили пусть и немного, но более слабые. Правда, здесь тоже было немного защитников, — повторял он уже известные вещи.

Я не стал в который раз спорить про духов. Это было ни к чему. Спросил совсем другое:

— Ждать ли нам впереди ловушки?

Зеленорукий пробурчал, впрочем так, что его услышали все:

— Конечно, ждать. Этим Древним только дай волю, везде понатыкают ловушек.