Основание. Пятый пояс

Я не могу судить, какая грань была для его создателя первой, но даже если я ошибусь, то либо разрушу бесполезный символ, либо символ, отвечающий за мощность воздействия.

— Либо?

— Либо не ошибусь и запрет полностью падёт.

— Запрет жизни.

Я вздохнул и повторил полностью:

— Запрет жизни полностью падёт, но останется запрет всего остального, поскольку он завязан на другие якоря, которые к этому обелиску не имеют никакого отношения.

— Хорошо, про стороны понятно. Как ты будешь выбирать место на одной из этих сторон?

— Для такого обелиска мысленно делю грань надвое, затем ещё раз надвое нижнюю часть.

Седой поморщился:

— Не пальцев, молодой глава, не пальцев.

Я чуть напрягся и пересчитал так, как ему хотелось:

— Два цуня влево, три цуня вниз.

— Отлично, — кивнул Седой, глотнул из фляги, смачивая горло, а затем поднял руку, привлекая к себе внимание отряда. — Движемся дальше.

Так мы и двигались, от одной ловушки до другой, проверяя мои знания.

Признаком того, что время, когда я лишь болтал — закончилось, стала сложенная из камней невысокая кривая пирамидка и зажатая между её камней алая лента.

Все, до этого ловко прыгавшие с камня на камень, останавливались в шаге от неё. Не стал исключением и я, хотя видел не только пирамидку из камней и ленту.

Седой коротко сообщил то, что я уже сам понял:

— Конец расчищенной территории. Действующий запрет. Сильный. Не всякий Предводитель другой фракции мог бы пройти его.

Я на миг стиснул зубы. Иными словами, слабый Предводитель не прошёл бы этот запрет, но наши слабые Предводители погибли. Заставил себя расслабить мышцы лица, разжать зубы. Это не моя вина. Так случается.

— Молодой глава, я повторю главные правила. Первый шаг всегда должен быть крошечным. Закалка души членов семьи Сломанного Клинка позволяет выдержать первый удар. Даже очень сильный удар запрета жизни. Делая шаг вперёд, нужно быть готовым упасть назад, вырывая из зоны запрета жизни все части тела.

Это всё я тоже слышал не раз. Стоит протянуть в зону запрета жизни хоть палец, как он окажется в пределах печати Смерти. Той самой, которую я вижу впереди.

Это не совсем, но очень похоже на то, что я видел в Ордене. В воротах Академии, в проверочной комнате Арены: впереди от земли медленно поднимались белые искорки, уносясь в небо, словно искры костра в потоках воздуха.