Во имя порядка: железный капитан

Расисты брали на вооружение методы кабаэтян и поступали до тошноты и ужаса жестоко – нападали на аэтерн, поджигали их дома, брали в плен их детей, чтобы требовать выкуп, стаскивали молодых аэетрниек в закоулки и тёмные улочки, чтобы изнасиловать. Ответом становилась чародейская ненависть и огонь, что сжигал дома с целыми семьями именитых националистов, когда удавалось – молодчиков загоняли в тупики, где до блевоты местных жителей мучили самыми жестокими заклятьями, сжигая, взрывая и размазывая по стенам.

«Но отвечая огнём на огонь мы порождаем лишь зло», - подумал Иоганн.

Но есть ещё и преступники с крупными корпорациями. Они делят торгово-промышленный пирог разлагающейся Империи. Рекет, вымогательство, коррупция, подкуп, захваты и многие другие методы столкнулись с яростным сопротивлением местных феодальных правителей, что так же стремятся получить частичку власти на своей земле.

Великая столица всё больше погружалась в шторм безумия и лишь твёрдая рука сможет остановить усиливающийся хаос.

Трибуле дошёл до старенького заведения Эрофина – «Таверна путешественника», также не избежавшая изменений новой эпохи. Пройдя вовнутрь, осторожно отворив дверь, Иоганн ужаснулся – довольно самобытное и мирное заведение превратилось в чудаковатую вамп-наливайку. Отовсюду доносится гомерический хохот пьяной толпы, синюшний горько-сладковатый дым от кальянов и трубок, а также алкогольно-бомжатская вонь. Глаза буквально рябит отовсюду развешанных цветастых гирлянд и мишуры.

«О Мальфас, где же твоё правосудие?» - помолился наёмник, прежде чем подняться на второй этаж, где очень быстро нашёл обитель капитана.

Пройдя в комнатку, он застал своего командира при довольно интересном занятии – хорошо-сложенный мужчина, чья фигура будто бы воплощение древних статуй массировал нежную женскую шею. Чёрные слегка волнистые волосы были прям в такт шелковистым волосам женщины.

- Хорошо получается, - тепло и ласково «мурчала» женщина. – После восхитительной ночи ты мне подарил и чудесный массаж.

- Поверь Миа, я не каждой девушке его делаю, - тепло молвил парень, продолжая нежно-нежно мять девчачье тело, поглаживая нежную кожу, иногда проводя по татуировке.