Найдёныш 13. Возмездие

Сколько отсидел, а, Козырь?

- Десятку, - нехотя откликнулся сиделец, равнодушно слушая рассказ о собственных похождениях. – Потом надоело, решил кукушку послушать.

- Надо же, надоело, - в голосе Строганова что-то заклокотало. – У тебя десятка – это крайний срок, после которого ветер свободы в морду? На рывок потянуло?

- Ну, ты же знаешь, благородие, чего спрашиваешь? – ухмыльнулся Козырь, продолжая потирать запястья.

- Где прятался все эти годы?

- Да тут, недалече, - мотнул головой мужик. – Добрые люди приютили, обогрели, не дали помереть с голоду.

- Два месяца по осенней тайге да по первому снегу шёл! – чуть ли не с восхищением произнес Владимир. – Вот скажи мне брат, почему у этих тварей такая жажда к жизни? Или он её, как упырь, у невинно убиенных забирает?

- Как забрал, так и отдаст, - задумчиво произнёс Никита, скользнув взглядом по Козырю, как бы равнодушно, да только каторжанин звериным чутьём осознал, кто здесь более всего опасен. – Жаль, только не тем, кто уже в могиле. Но ничего, у меня есть двое Слуг, которые жаждут заполучить такой экземпляр.

- Эй, благородие, ты брось это… нагнетать! – всполошился Козырь, и тут же кулак Могутова воткнулся ему в самый центр солнечного сплетения. Сиделец распахнул рот и согнулся от боли, судорожно пытаясь запихать в себя хоть каплю воздуха.

- Придержи свой поганый язык, мразь! – рыкнул Данила и рывком за шиворот выпрямил Козыря. – Говорить будешь, когда прикажут. А сейчас стой молча и слушай.

- Всё, осознал, - хрипло вытолкнул из себя Козырь и задышал так, словно в него вкачали несколько литров кислорода.

- Мне от тебя много не надо, - Строганов скрестил руки на груди. – Назови место, где находится ваша гадючья база, и я даю слово, что отпущу тебя.

- Да ну? – ухмылка появилась на губах Козыря. – Так вот просто и отпустишь?

- Почему же просто? – Владимир переглянулся с Никитой, пока лишь остающимся сторонним наблюдателем. – Как только мы уничтожим гнездовище, тебе дадут харч на десять дней, одежду и нож… перочинный.

- А потом? – настороженно спросил беглый каторжник.

- Отпущу на все четыре стороны. Турский – глухомань, кругом тайга. Сумеешь выйти к людям – будешь жить. А задерёт медведь, то извини…

- Ага, рулетка, - скривился Козырь. – За жизнь моих братьев! Да лучше сдохну, чем слово вымолвлю.

- Ну не дурак ли? – Владимир развёл руками, а на лице его промелькнуло удивление. – Ты же не просто так сдохнешь. У местных жителей на вас очень большой зуб.