Найдёныш 13. Возмездие

Владимир глубоко задумался. Да так, что до самого вечера шел молча, автоматически передвигая ноги по мягкому хвойному ковру, оставшемуся с прошлой осени. Как-то незаметно отряд увеличил темп движения и к закату вышел к хаотично наваленным поперек тропы камням. Никита уловил едва слышный звон текущей воды.

- Каменный ручей, - пояснил Фока. – Значит, идём правильно. Скоро должна быть полянка, на которой и заночуем.

- Может, воды в котелки набрать? – предложил Москит. – Чтобы сразу на огонь поставить.

- Попробуй, - ухмыльнулся проводник. – Еще никто до воды добраться не мог. Вроде бы вот она, журчит под ногами, а не ухватишься. Не ссы, боец. На стоянке есть вода. Здесь, в тайге её много, даже искать особо не надо.

Перескакивая через сухие валуны, под которыми издевательски звенели потоки невидимой воды, отряд перешел на другую сторону и углубился в лес. Фока уверенно довёл его до поляны, где и расположились на ночь. Владимир выставил два сторожевых поста: со стороны ручья и впереди, где колыхался молодой ельник.

- Низина пошла, - предупредил Сохатый. – Завтра заранее приготовим шесты. Можем в любой момент в болото забрести.

- Что у тебя по меткам? – спросил Владимир.

- Идём правильно. Тропа старая, неприметная. Не переживай, княже. Раз к болотинам вышли, значит, не сбились с пути.

Уверенность Сохатого передалась и бойцам. Уже никого не напрягало, что приходилось идти по зыбунам, когда почва опасно колышется под ногами, или обходить, казалось бы, безобидные участки леса.

В тайге, как пояснил Фока, у всего есть хозяин. Вогулы, например, предупреждают об этом черепами животных или берестяными масками на деревьях. Лучше заранее свернуть с тропы, обойти запретную территорию, чем навлечь на себя недовольство местных аборигенов за потревоженных духов.

Сохатый повеселел. Он даже показал Владимиру и Никите зарубку в виде вилки с двумя зубцами, уже поблекшую от времени.

- У прадеда были свои хитрые знаки, - пояснил проводник, когда они, запыхавшись, поднялись на невысокий голец, поросший редким ельником посреди огромных валунов.

– Вилка, стрелка, перекрещенные стрелки. Каждая из них предупреждала, что находится впереди.

- Вилка – это болота? – спросил Владимир, подставляя разгорячённое лицо свежему ветру, высушивающему пот. Хорошо, мошку сдувало напрочь.

- Внимательно слушаешь, княже, молодец, - похвалил Фока. – Мы же к болотам идем. А еще это два пути.