Небеса Умоются Кровью 5. Под Знаменем Империи, Том I

На улице стоит такой гам, что с трудом можно услышать собственный голос. Зено, едва не упав, тут же высовывается в окно и едва не получает тухлой редькой по лицу. Она со шлепком врезается в борт его чудесного фамильного паланкина.

– Какого демона?! – рычит парень, высвобождая собственную ауру.

– Простите, господин, – повозку плотным кольцом обступают телохранители. - Люди перегородили дорогу и не пропускают экипаж.

– Верните нам воду! – кричат горожане.

Те, кто побогаче, держатся в сторонке, а оборванцы, наоборот, лезут вперёд, сцепившись руками и не давая проехать.

– Так прорубите дорогу! – рявкает Зено. – Вам для чего дали мечи, бестолочи?!

– Господин, но там же обычные люди?! – выпучив глаза, подаётся назад услышавший это носильщик.

Телохранители пытаются оттеснить толпу, но народу слишком много. С соседних улиц стекаются всё новые и новые горожане.

– Редрик, это приказ! – поймав взгляд главы телохранителей, выкрикивает аристократ.

Телохранители переглядываются и обнажают мечи, понимая, что другого выбора у них нет.

Им невдомёк, что выбор есть всегда. Просто иногда он требует мужества, а не покорной трусости.

Блеснув на солнце, клинки со свистом рассекают воздух. Толпа отшатывается, но недостаточно быстро. Несколько человек падают на землю, заливая мостовую кровью. Их крики боли и ужаса пронзают гул толпы.

На мгновение воцаряется тишина, а затем бунтовщики взрываются яростными воплями. В телохранителей летят камни, палки, комья грязи.

Но воины клана Кровавого Моря не дрожпт. Сомкнув ряды, они неумолимо движутся вперёд, прорубая дорогу сквозь людское море.

Мечи взлетают и опускаются, оставляя за собой кровавый след. Люди в ужасе шарахаются в стороны, многие падают и их безжалостно топчут. Крики боли, стоны раненых и плач детей сливаются в жуткую какофонию.

Зено наблюдает за происходящим из-за занавесок паланкина. На его лице смесь отвращения и мрачного удовлетворения. Эти грязные бедняки получают по заслугам.

Как они вообще смеют перечить наследнику великого клана? Скоро они усвоят пагубность такого поведения на собственной шкуре.

Вскоре мостовая перед паланкином расчищена. Охрана с окровавленными мечами образует коридор, не подпуская никого из уцелевших бунтовщиков. Измазанные кровью и грязью, со спутанными волосами и пылающими ненавистью глазами, горожане выкрикивают проклятия вслед процессии. Но никто больше не осмеливается преградить ей дорогу.