Небеса Умоются Кровью 5. Под Знаменем Империи, Том I

Перед сном я зажигаю ароматическую палочку и наблюдаю, как она медленно тлеет, отмеряя оставшиеся мне годы. Я знаю, что на этапе Золотого Цилиня продолжительность жизни сокращается вдвое, но палочка прогорает чуть меньше, чем положено. Это открытие озадачивает меня. Конечно, я рад, что мне отпущено больше времени, чем предполагалось, но причина остаётся неясной. Надо будет расспросить Феррона по возвращении. А пока, убаюканный благовониями и шумом ночного города, я погружаюсь в глубокий сон.

Поиски информации занимают ещё несколько дней.

Я посещаю множество мест, где бывают ученики и работники Академии, надеясь встретить старого повара Ямато. Однако пока мне не удаётся его увидеть. Неужели он изменил своим привычкам? Среди пьяной болтовни и слухов мало что можно почерпнуть действительно важного. Даже захмелевшие языки не слишком охотно распространяются о серьёзных вещах.

Первой значимой новостью становится обострение ситуации на западном рубеже. Туда срочно набирают людей. Ходят слухи, что произошёл какой-то прорыв и силы Империи столкнулись с целой армией демонов.

Но это всего лишь домыслы, а мне нужны точные сведения.

Я продолжаю обходить излюбленные места Ямато, стараясь, впрочем, не спрашивать о нём напрямую. Лишнее внимание Теней к старику ни к чему хорошему не приведёт. Параллельно я захожу и в «Медвежью берлогу», но, к моему разочарованию, Торрика там нет. Вместо него за прилавком стоит молодая девушка, которая сообщает, что хозяин уехал по делам и должен вернуться на следующей неделе.

Лишь к концу седмицы мне, наконец, удаётся столкнуться с Ямато в одной из таверн. Он коротает вечер за выпивкой в компании нескольких коллег с кухни. Засиживаются они допоздна, но один за другим собутыльники покидают старого повара, не в силах тягаться с его лужёной глоткой. Оставшись в одиночестве, Ямато в одиночку приканчивает ещё несколько кувшинов, и лишь потом, картинно покачиваясь, выбирается из заведения. Я почти уверен, что старик притворяется более пьяным, чем есть на самом деле.

Следую за ним на почтительном расстоянии. Пока мы идём по центральным улицам, мне удаётся оставаться незамеченным. Даже в ночной час здесь хватает народу. Но вот Ямато ныряет в узкий переулок, и я, хорошо зная эту часть города, двигаюсь параллельным курсом, ориентируясь на ауру старика. Убедившись, что за ним нет слежки, я, наконец, решаюсь подойти ближе. Как я и предполагал, вдали от людных мест походка Ямато становится уверенной и твёрдой.