Изгоняющий остылых: Путь по рубежному тракту.

Теперь даже если в схватке с местным волшебником наша группа погибнет, осерение всё равно ослабнет, и намокнув от влажности, как говорят милхимики, «осядет», и в целом регионе к югу снова станет возможно дышать.

Глава 22: "Зу щенок варга и волка".

Его неожиданный синий цвет в сравнении с другими варгами мне особо запомнился.

Щенок уродился удивительно покладистым, даже для ворга. Почему ворг, а не варг? Это мы с дварфом называли его так из-за мехового воротника, столь плотного вокруг шеи, что заставлял щенка всегда держать голову ровно, соблюдая горделивую осанку.

Мы воспитывали и учили его по очереди. Однако мой товарищ дварф решил тренировать нашего питомца более усердно, чтобы воспитать из него послушного боевого соратника. И для этого он использовал кусочки сыра.

Любимое лакомство для щенка мы обнаружили случайно. Зу, унюхав у нас в сумке слегка лежалый сыр, так и вилась, пританцовывая, вокруг сумки с припасами, а потом и возле наших ног. А когда мы нашли источник столь странного поведения щенка, пробовала лизать и даже слегка покусывать руки, которые его держали, настолько ей понравилось угощение.

Зу души не чаяла, унюхав запах этого изделия, из-за чего все местные сыроделы провинции весьма обогатились. Ещё бы! У растущего щенка был отменный аппетит! К'Йоевгхан воспитывал питомца ласково, награждая за каждую выполненную команду сыром. В один из таких заходов обучения, дварф решил научить ворга давать лапу. Я тогда внимательно смотрел со стороны. Мне было интересно.

Дварф осторожно садился напротив, говорил команду: «Дай лапу», брал лапу, говорил: «Молодец, молодец», а затем опускал её и давал Зу сыр.

Проделав так дважды, дварф протянул руку, но не взял её за лапу, и Зу сама положила лапу в руку дварфа. Он посмотрел на меня и улыбнулся. Я тоже повеселел. Похвалив, он дал Зу ещё кусочек сыра.

— Дай-ка, я попробую, — предложил я, улыбнувшись.

Я подошёл сбоку и попросил у Зу лапу.

— Зу, — встретился я с наивными глазами щенка, — дай лапу!

Зу немного растерялась, помотала ушами, взглянула на К'Йоевгхана, но не двинулась с места.

Я повторил мою просьбу.

— Дай лапу! Зу?

И только когда Зу попыталась приподнять и дать мне заднюю лапу, я понял свою ошибку. Разумеется, у неё ничего не получилось. Я засмеялся, дварф тоже и протянул ещё один кусочек сыра.

Щенок быстро рос. Через три месяца он догнал по габаритам дварфа. А через четыре по массе превзошёл меня и продолжал расти. Меховой воротник, наконец, теперь стал ему впору.