Изгоняющий остылых: Путь по рубежному тракту.

— Каждый выстрел особой стрелой Костеграда попадает в цель. Затем стрела исчезает и появляется в колчане снова, и так три раза, — озвучил я свои познания.

— Эти стрелы лучше, лучше! Драгоценный, откуда ты родом? Их волшебники не сравнятся с моим мастерством, я потомственная шепчущая-в-ночи. Может быть, последняя на континенте подлинная ведьма. Мои стрелы вернутся назад десять раз, а потом почернеют, а не исчезнут, как подделка милхимика, — с заговорческим прищуром заулыбалась карга. Она выглядела сейчас совсем как добрая бабушка, подсунувшая сладкую конфету своему внуку, пока никто не видит.

— Это очень ценные стрелы в таком случае. Закон...

— И да, закон запрещает, — перебила она меня, подняв руку, — брать больше золотого. Но тебе не запрещается брать оснащение дороже, чем нужно.

Я согласно пожал плечами.

— Тогда плата — один золотой, — наигранно серьёзно сложил я руки на груди.

— Вот пройдоха, — по-доброму погрозила она пальцем и заулыбалась.

—Девочка моя, проводи этого негодника с моих глаз, пусть он отдохнёт, — по-доброму сказала ведьма, а потом неожиданно скрипнула своим голосом, как отрезала.

— Потом отведёшь его к замку.

И снова засмеялась, провожая нас взглядом.

— Пойдём со мной, убийца остылых, здесь есть место, где ты сможешь отдохнуть, — поманила меня за собой девушка.

Глава 8: "Копье и арбалет".

Возле конюшни столпилось множество охотников на высшую нежить, из-за чего земля полнилась слухами. Местная прислуга в ужасе разбегалась по замку и пересказывала новости, что с конюшим случилась страшная хворь, и теперь охотники, как обычно действующие в одиночку, пришли, чтобы убить его, все вместе.

И местный гарнизонный офицер выдает убийцам остылых амуницию, поскольку юноша вот-вот должен превратиться в жуткое чудовище, и потому им нужно столько оружия.

Вот ещё один местный обыватель, остановился в коридоре, и желая произвести впечатление, перебивая самого себя голосом, шептал встреченной служанке очередную версию на это небывалое зрелище. Горничная застыла напротив него, прикрыла рот рукой, скрывая страх.

Я же лишь отмахнулся — лучше бы остался возле этого несчастного, чем прогуливаться по замку, слушая всё это «народное творчество». Но если честно, пока местный квартирмейстер ходит за оружием, там делать нечего.

Ухватившись удобнее за парапет, я забрался на крышу. Мой плащ наполнил лёгкий ветерок, затем порыв устремился вниз, где мальчишки-поварята перешёптывались, выглядывая из-под подола кухарки.