Изгоняющий остылых: Путь по рубежному тракту.

И, скажу честно, сложнее всего было найти себе жеребца, который доставил бы меня сюда.

Лучший-из-нас перепрыгнул через скамью и торжественно протянул двуручный меч.

Буржуа захлопал в ладоши и поднял кубок:

— Нальём кубки в честь чудесного спасения!

— Наполним кубки! Все! В честь Ульриха Зелёного Рыцаря! — раздалось со всех сторон.

— В честь Ульриха Выжившего! — закричали наёмники.

— В честь Ульриха Прошедшего-до-конца! — закричали Охотники.

— В честь Ульриха Луча Заката Света Йодкейма! — сказал один из жрецов Хотта, стоящий в числе знати.

Все замолчали, услышав эти слова, а потом разразились радостными криками, снова наполняя кубки.

В моих ушах же стояли слова пророчества. То, что сказала Оракул, когда мы уже выходили в путь от неё. Она сказала нам так: «Поспеши, ещё будет луч заката перед тьмой». Я думал, эти слова могут относиться к моей битве с кромешником, но теперь это было не очевидно. На секунду мне показалось, что бой продолжается. Я услышал такой же звук, словно меч и когти схлестнулись.

Я обернулся, но это лишь наёмники дружно чокнулись кубками.

Я случайно положил руку к своим одеждам. Нащупал что-то твёрдое в кармане. Записка на плотно сложенной бумаге. С неё-то и начался мой путь. Я знал, что внутри этой рваной и запятнанной бумаги. Внутри этой записки поместилась скорбь и досада.

Стойкое чувство липкого страха не покидало меня. Мне казалось, что возле раскрытой двери стелются тени. Там, за ними, было темно, факелы, все без исключения, кто-то потушил в коридоре. Я увидел, как что-то несётся в пиршественный зал, словно подгадав момент, когда я посмотрю, он появился из-за поворота.

Все факелы в зале дёрнулись от порыва воздуха. От этого совпадения мне стало не по себе. Звон кубков и возгласы наёмников, подхвативших Ульриха в воздух, доносились как из-под воды. Гонец ворвался в круг света, он поднял встревоженные глаза на собравшихся, он кого-то искал.

Его не сразу заметили, постепенно воцарилась тишина. Все застыли в ожидании. Ульрих замер, пожимая руку Владетелю.

Наконец, человек нашёл взглядом Буржуа:

— Господин! — он задыхался, было видно, что он бежал весь долгий маршрут. Возникла долгая пауза. Человек старательно разворачивал мокрые и с кровавыми пятнами листы бумаги. Даже отсюда я видел, что край записки обгорел. — Тонкая струйка крови потекла через нос гонца, орошая верхнюю губу, разливаясь по её трещинам. Он начал рвать себе одной рукой грудь, и всё его тело покрыл липкий пот. С мольбой гонец посмотрел на Владетеля.