Светлейший-1. Отпуск не по плану

— Леша, ты не сопроводишь меня? — попросила мать, и я понял, что она хотела поговорить без сестры.

— Конечно, матушка. Таня, посиди пока здесь, пожалуйста.

Сестра удивленно на меня взглянула, но ей было так интересно разглядывать пригород Петербурга, что она не стала спорить. А могла. Подростковый возраст — вещь не всегда приятная.

Мы вышли в коридор, и едва я плотно задвинул дверцу купе, мать вцепилась мне в руку.

— Второй телефон у тебя с собой? — шепнула она. — Тот, о котором, как ты думал, я не знаю.

Подловила! Я не стал отпираться и молча кивнул.

— Кажется, у меня еще остались друзья в этом городе, — сказала мать. — Нужно послушаться совета из записки. Нельзя ехать на собственном автомобиле.

— Боюсь спросить, что за енот-постаскун, которому ты так доверяешь.

— Прозвище одного старого товарища, который служил под началом твоего отца. Женя Черкасов. Он наш друг.

— Уверена, что все еще друг? Может, это ловушка.

— Нет, Леша. Только не Черкасов. У него долг жизни перед твоим отцом. Он не посмеет.

Она не сомневалась. Видимо, в этом прозвище был некий скрытый смысл, понятный только ей. Светлейшей княгине я доверял — она бы не стала рисковать нашими жизнями, и уж особенно Таней. В том, что я смогу себя защитить, она не сомневалась.

— Вызови такси со второго номера. Ты же зарегистрировал его на егеря?

— Да, на дядю Мишу.

— Отлично. Машину отправим пустой, доедем сами. С Черкасовым я потом свяжусь отдельно. Веди себя как ни в чем не бывало. Я все придумаю.

Мы вернулись в купе как раз для того, чтобы успеть допить чай.

Меня это всегда раздражало, еще в моем родном мире. От того, что ты станешь мяться в тамбуре, поезд быстрее не доедет и дверей не откроет. До прибытия еще минут пять, а уже толпа на выходе.

— Уважаемые пассажиры! Наш поезд прибыл на конечную станцию. Санкт-Петербург, Финляндский вокзал...

Мы мудро дожидались в купе, пока не закончилась давка в тамбуре, а затем вышли. Я подал руку матери, затем помог спуститься сестре. К нам уже спешила Аграфена. Я улыбнулся, отметив, что, кажется, суета с временным переездом пошла ей на пользу и отвлекла от того неприятного события. Феня снова выглядела собой.