Живой доспех 3: Непобеждённый

— Лорд Эллери, — наконец, вспомнил я человека, буквально собравшего по частям мою сломанную ногу. — У него медицинский Живой доспех, он точно сможет…

На кулаке Джайре вспыхнули три фиолетовых когтя. Они разрубили на несколько частей бросившегося в атаку человека с сияющими глазами.

— Будем решать проблемы по мере их поступления, — бросила девушка напоследок, погружаясь в ближайшую тень.

Только сейчас я, наконец, обратил внимание на происходящее вокруг. Одержимые лезли на нас со всех сторон. Их количество не могло сравниться с первой ордой, встреченной нами несколько дней назад.

Вокруг летали вспышки и потоки разноцветных энергий. Чуть медленнее, но не менее разрушительно, сквозь наши ряды пролетали и огромные валуны. Несколько рыцарей уже вступили в бой. Но им приходилось действовать с осторожностью, так как Одержимые перемешались с нашими бездоспешниками. Я видел, как Ракс раскидывает врагов, отдирая их со своей брони, вместо того, чтобы просто жахнуть по ним молнией.

Когда вокруг меня облепился «Жидкий», я бросил встревоженный взгляд на остатки своей палатки. Несмотря на весь хаос, посох отца лежал там же, где я спал. Щупальце жидкого металла подцепило его и притянуло в руки.

Ещё раз окинув поле боя взглядом, я приказал подошедшему ржавому доспеху:

— Отправляйся на северный фланг. Убивай всех Одержимых, до кого сможешь добраться. Защищай при этом обычных людей — это главная задача.

Вспышка оранжевого света, и «Магнит» взмыл в воздух.

— Вас это тоже касается, — сказал я двум оставшимся доспехам.

«Жидкий» и «Несгибаемый» ответили такой же вспышкой света, только уже своих цветов. Я с рёвом бросился в бой.

В моей груди закипала злость. Злость на Одержимых, напавших на нас в столь неподходящее время. И злость на себя, что не уберёг Джайру. Здравая часть моего рассудка утверждала, что я не мог этого предвидеть.

Но другая часть меня вопила от несправедливости. Джайра пришла ко мне. Пришла, можно сказать, в мой дом. Я должен был её защитить. Поэтому ответственность за произошедшее лежала только на мне.

И эти мысли разжигали мою злость ещё больше. Злость, которую я выпускал на многочисленных Одержимых вокруг.

Смешавшись с бездоспешниками, они осложнили жизнь не только рыцарям.