Май, весна и апокалипсис

А ведь говорил тренер, что этот прием нельзя применять в драках – слишком мощный удар об землю получается. А там асфальт. Вот мозги и расплескались во всю ширь тротуара. А Вовчик уехал далеко и надолго.

Справедливости ради отмечу, что у покровских, наших извечных врагов, секцию бокса тоже закрыли. Местные власти почему-то решили, что если позакрывать все секции, то пацаны драться перестанут. Ага, сразу! Хе-хе! Нет, в какой-то мере они были правы, ведь наша секция хоть и считалась борцовской, на самом деле почти половину времени мы там занимались рукопашкой, да железо тягали.

К моменту закрытия секции я уже плотно сидел на азиатских фильмах с боями на мечах и копьях. И не я один. Вся наша улица фанатела и обсуждала, кто как и кого проткнул. Но на одних просмотрах дело не остановилось. Мы наделали копий и мечей из палок и стали заниматься, стараясь повторить трюки наших экранных кумиров. Получалось, честно говоря, так себе, но мы с друзьями не унывали, нашли на ютубе обучающие видео и крутили эти палки с утра до вечера, отрабатывая ката и спаррингуя друг с другом.

Нет, конечно, мы не занимались только этим, мы еще и в рукопашке работали. Драки-то никуда не делись, и треклятая Покровка, к сожалению, никак не собиралась исчезать с лица Земли.

Однако рукопашка – это обыденное повседневное дело, можно сказать, нужная, но скучная бытовуха. А вот когда я брал в руки шест, заменявший мне копьё, то я в своих фантазиях переносился с харапинских заплеванных семечками улиц в сказочную страну восточных эпосов и представлял себя могучим спасителем человечества.

Секции через полтора года вернули, но своих занятий с бутафорским оружием мы не бросили.

Это увлечение не прошло и после окончания школы – вместе со мной в политех поступил Макс Тереньтьев с нашей улицы, который тоже был приверженцем азиатского копейного боя.

Однако со второго курса его турнули за мордобой. Харапинские пацаны вообще всегда плохо держались в институте – драка для нас является основным и самым правильным способом решения различных разногласий, а это, к огромному сожалению, запрещено институтскими правилами.

Так что с тех пор я больше не брал в руки шест, имитирующий копьё.