Я могу копировать навыки других

– Кто там?!

– Это я, Божко! Иванушка, открой пожалуйста!

Конечно, я понял по голосу, кто это был. Один из крепостных парней, с которым раньше проводил много времени прошлый владелец тела. От чего расслабился и открыл дверь, но лучше бы это не делал.

За дверью находилось двое, я их отчётливо видел под лунным светом. Один, Божко, – худой парень, с вечно усталым взглядом и тёмными кругами под глазами. Он поддерживал ещё одного знакомого мне человека – Думу, толстого парня с круглым носом. Он то ли был без сознания, то ли просто пьяным.

– Вы, чего ко мне пьяные пришли?

– Нет, мы не пили! – быстро оправдался Божко, но от него несло алкоголем.

– Тогда что нужно?

– Твоя мать дома? Дума, он умирает!

Разумеется, я не мог отказать в такой просьбе. Я помог, взял толстяка с другого бока и затащил домой. Домна в этот момент уже разожгла лучину и в доме стало светло. По крайней мере, уже можно было заметить, что я весь в крови, толстяк тоже весь в крови. Дума держался за свою шею и тяжело дышал.

Зато теперь понятно стало, почему они пришли именно сюда.

Домна известная травница, а у некоторых людей это ассоциировалось чуть ли не с врачом. Поэтому к ней часто приходили, чтобы проконсультироваться или залечить раны.

– Что с ним случилось?

– Не знаю, мы были в поле. Когда на нас напало какое-то животное…

Домна убрала руку толстяка с шеи, оголяя кровавый укус. Только следы зубов явно принадлежали не животному, а человеку. Меня разозлило, что он соврал.

– В каком ещё поле? Ты видел время? И следы.

.. они не совпадают с тем, что ты говоришь!

– Но это правда.

Не выдержал такого наглого вранья и ударил его по лицу.

– Ты либо говоришь правду, либо забираешь друга и убираешься отсюда.

Видимо, пощёчина действительно сработала, и Божко рассказал, что они без спроса покинули деревню, чтобы напиться. А когда возвращались через кладбище, на них напало нечто и укусило их.

От рассказанной истории у меня, как и у матери и отца, пошли мурашки по коже.

– Иванушка, хватит.

Лучше помоги мне, – крикнула на меня Домна, чтобы я перестал обижать парня. Всё же они пришли сюда за помощью, и она, как слишком добрый, где-то даже наивный человек, не откажет.

Как бы мы не перевязывали рану и не останавливали кровь, но Дума продолжал бледнеть. В какой-то момент у него изо рта пошла пена, его всего затрясло, прежде чем окончательно обмякнуть. Не веря в произошедшее, я протянул руку и попробовал нащупать пульс, но сердцебиения не было. Он умер.