Последний Охотник на Магов

– Алексей, рад был поболтать, – остановившись у входа в корпус, сказал я. – Мне нужно с одним делом разобраться. Увидимся на занятиях!

Здоровяк махнул мне рукой и исчез в толпе студентов.

Я быстро прошмыгнул за угол, Николай всё ещё ждал меня там.

– Ты чего тут прячешься? – спросил я. – Я твой взгляд за версту чую.

– Я вижу, ты уже взял быка за рога, – хитро ухмыльнувшись, сказал Николай.

– Не понял. Ты это о чём?

– Я про Ковтунова, – пояснил Бродский. – А я и не думал, что ты такой расчётливый тип, Володь.

– Коля, я начинаю подозревать, что это ты – Мастер Тайн. Изъясняйся чётче!

– Ну что тут непонятного? – пожал плечами Николай. – Ты уже приступил к плану: «захватить комнату Алексея Ковтунова любой ценой»!

– Нет, я приступил к плану: «сходить на отработку по истории», – ответил я. – С Ковтуновым случайно столкнулись. Погоди… В каком смысле – захватить комнату? Коль, ты что задумал?

– Нам нужен прямой доступ в Тайное Убежище. Судя по всему, Мастер Тайн раньше жил именно в комнате Ковтунова.

Про комнату и у меня были планы после разговора с наглым голубем. Но я планировал заняться этим позже. Но видимо, не выйдет. Николай теперь точно не отстанет с этим вопросом.

– Слушай, Коль, я с ним пообщался и что-то не сильно горю желанием вредить ему. Он вроде неплохой парень. Выдворять его из комнаты – это уж слишком. Тем более, если ты не в курсе, дверь в обратную сторону открывается только ключом.

– Блин! – разочарованно взмахнул руками Бродский. – И что же нам тогда делать?

– Есть и хорошие новости. Ключ от двери я добыл, – сказал я. – Но проблему Ковтунова нужно решить как-то по-другому. Давай не будем вести себя подло. Равняться на Павла Мясникова нам ни к чему.

– Эх, и то верно, – вздохнул Бродский. – Ладно, что-нибудь сочиним! Пошли на занятия.

Уже на входе в аудиторию нас настигло цоканье каблуков, которое явно предвещало беду.

Этот звук я узнаю из тысячи.

– Ага! Прогульщики! – воскликнула девушка. – Так и думала, что вы объединились. Бродский, тебя почему вчера не было на последних парах?

Началось. Колокольцева больше всего на свете напоминала мне очень красивую, но назойливую муху.

«Жу-жу-жу, прогульщики, жу-жу-жу, я староста». Жутко непривычно. У нас в ордене были женщины, но указывать мужчинам они себе никогда не позволяли.

Придётся напомнить об этом здешним дамам.