Последний Охотник на Магов

Я получил на руки ещё один счёт за пользование такси и высадился на одной из центральных улиц. На город уже опустилась плотная завеса ночного мрака.

Да… В это время суток особенно хорошо видно, как магия преобразовала этот мир, пока меня не было.

За широким трёхэтажным зданием общежития возвышалось громадная магическая академия. Десятки башен, рассекая небеса, сияли голубыми огнями, как маяки. А эти огни явно не естественного происхождения. Куда ни глянь – везде магия!

Быстрым шагом я пересёк аллею и вошёл в широкие двери общежития.

– Кто там всё шастает посреди ночи? – послышалось возмущённое ворчание из-за длинной стойки, что стояла слева от входа.

Полный усатый мужчина щелчком пальца зажёг лампу, и та ослепила меня тем же надоедливым голубоватым светом.

Ещё один маг? Нет. Не чувствую знакомого покалывания. Простолюдин. А вот лампа у него магическая. Ну и ну! Раньше магией стирали с лица земли города, а теперь используют её для освещения комнат. Похоже, колдуны уже не знают, как повыделываться со своим мастерством.

– А-а, это ты, Белов? – сонно протянул мужчина и громко зевнул. – Опять неприятности ищешь, авантюрист ты наш?

– А вы кто такой, чтобы интересоваться моими личными делами? – ответил я вопросом на вопрос.

Мужичок от удивления продрал заспанные глаза.

– Не понял? А где привычное «прости-и-и-те, только не рассказывайте дек-а-а-ану»? – мерзко проскулил он, явно изображая прошлого Белова.

Я медленно подошёл к стойке и склонился над вахтёром.

– Прошу прощения, – ледяным тоном прошептал я. – Вы смеётесь надо мной?

Я не сводил с него пронзающего взгляда. Таких людей сразу нужно ставить на место. Пусть привыкает, что я – другой человек, и со мной нельзя разговаривать, как раньше.

– Да будет вам, Белов! – махнул рукой вахтёр. – Уже и пошутить нельзя!

Вот, он уже и на «вы» перешёл. Значит, сноровку я не потерял при перемещении в это тело.

Ладно, попугали – и хватит. Но свой авторитет в академии нужно восстанавливать. А уж если говорить прямо – создавать с нуля.

– Давайте, отмечайтесь в журнале, и идите спать, – предложил мужчина. – Время уже позднее.

Я молча вписал своё имя и время возвращения в общежитие. Знания о местной письменности тотчас вспыои в голове. Но почерк был мой, а не прошлого Белова.

Посмотрел время на круглых часах, которые противно тикали на стене.