Клинок Императора. Книга II

***

– Отдай серого, карлик, и никто не пострадает, – звучал меланхоличный голос; потом этот же голос задумчиво добавлял. – Кроме серого, разумеется. Серому мы сломаем ножки и ручки, чтоб знал, что империя – имперцу, а серокожему – боль, тьма и могилы.

– Тьма с могилами слабо связана. Тьма – это про некую живость, – раздавалось басовито. – Знаешь, про оживленность, веселье…

– Хан, заткнись, – напряженно отзывался третий.

Мы вышли из-за угла здания и перед нами предстала интересная картина.

Остальные из третьего: человек десять – сидели в сторонке у входа в казарму, улыбались, с интересом наблюдали.

Крысы…

Двое, попавших в перепалку, самая странная пара, которую только можно себе представить: первый – низкий и худой блондин, который закрывал собой второго; второй – двухметровый мускулистый громила, серокожий – которого уже немного поколотили: нос сломали и синяков наставили.

Смысл понятен: бойцы очень хотят серого нахлобучить еще сильнее, а белобрысый не даёт. Остальные смотрят на это – шоу себе нашли. Там, где нужно впрягаться, они развлекаются.

Я подошёл ближе.

– Эй, четвертые, валите в свое расположение.

Лекта на груди руки сложила, нахмурилась.

– Кто говорит? – повернулся их старший, высоченный тип, напоминающий большую, нелепую птицу.

– Ты тупой или слепой? Я говорю. У меня настроения нет в кулачки играться. Вы и против двух не сильно то события форсировали, а против четырех, – я с презрением остальной третий взвод оглядел.

– Гляжу болтать ты мастер. Рот у тебя прям-о магический, – над головой скита закрутилось водяная диадема. – Но толку то… Остальные вмешиваться не спешат. Серый у вас бракованный. Вас уже трое. Трое против восьми? Заколотим как-нибудь.

Очередной аквамант долбанный. Если начнется что-то затяжное, он там будет лезвия ледяные кидать, водяными кнутами бить.

Надоело: я использовал телекинез.

Среди камней на грунтовке разглядел тот, что посимпатичнее, заостренный такой, поднял его и “отстрелялся”.

4; 8 из 10.

Камень пробил водяному говоруну бедро насквозь и от вида крови Принц радостно взвыл.

Заклятье крутившееся вокруг головы обрушилось водой ему же на плечи. Прет рухнул, рану сжал. Крик округу огласил. Кровь хлестала так сильно, что и ближайших помощников перепачкала.