Острые грани

Вернее видоизменить уже существующее. Мне приглянулась крылатая огнедышащая змейка – тэшш, как их теперь называют. Маленькая, юркая и живучая, любознательная и отважная. Я смешала ее жизненную силу с силой мира, добавила свою кровь и волю. И получилось новое, разумное существо. Большое и сильное, волшебное и не существовавшее ранее, способное, хоть и ограниченно, использовать магию этого мира, а главное, умеющее перевоплощаться. Имеющее второй облик. Облик, подобный моему. Дракон! Мое одиночество, наконец, было побеждено.

Меня окружали мои создания.

Я жила дальше. Скучно мне не было. Я исследовала мир, экспериментировала с его-своей силой. Искала. Искала, сама не знаю что. И однажды нашла. 

Я открыла проход в другой мир – тогда я этого еще не понимала, – но, зачерпнув столько силы своего мира, сколько могла унести, смело шагнула в неизведанное. Бояться я не умела.

Меня встретил еще один мир. Твой. Другой. Не такой как мой. Более изменчивый. Более, как мне показалось, совершенный. Здесь луну сменяло солнце, время делилось на темное и светлое, фауна и флора были богаче и разнообразнее.

И сила. Здесь тоже присутствовала сила, такая же, как и моя. Но смешанная с другой. Чужеродной. Непонятной. Которой я воспользоваться не могла. Сейчас эти силы называют Лунной – черной и Солнечной – белой магией.  

Сначала, очарованная новизной этого мира, я не поняла, что и он не совершенен. Что и здесь, как и в моем мире, не было жизни, подобной мне. Потеряв надежду, я уже собиралась уходить в свой мир, но тут почувствовала что-то новое.

Всплеск магии. Этой, второй местной магии, но значительно превышающей ее по силе. Я последовала к ее источнику. Так я встретила его.

Только увидев, я поняла, что он другой, не такой как я. Что он так же противоположен мне, как была противоположна моей его сила. Но было у нас и что-то общее. Разум, воля. И слово.

Первое слово произнес он – Хель. Да, это он так назвал меня. Оно имело второй смысл – «луна». Оттолкнувшись от новых звуков и связав их с сущностью, представшей передо мной, я тоже дала ему имя – Хвель, «солнце».

Он был похож на него.

Тогда мы задержались в вашем мире, изучая его и друг друга. Тогда вместе мы создали изначальный язык, давая имена увиденным предметам, существам и явлениям. Потом он пригласил меня к себе.

Оказалось, что у Хвеля тоже был свой мир. И тоже были свои создания. Эфириды. Воплощения стихий, принявшие, как и мои драконы, второй, подобный своему богу, облик. Сильные, смелые, волшебные.