Хроники Юракона Книга первая. Дети Юракона

— Возможно, но гораздо больше меня беспокоят язвы, чья магия воскрешает мертвецов, — вздохнула Эльвикери. — Кто знает, сколько еще этих чрев тьмы проснулось в равнинной местности на юге. А ведь мы бежали от Темных с запада!

— Не беспокойся, королева, сама земля не позволит черной магии оживлять кости упокоенных людей! — и Ияия коснулась плеча Ангелоподобной, хоть бесплотная рука ее и прошла насквозь.

— Не знаю, подруга, но сердце чует недоброе… — больше Эльвикери ничего не сказала.

Они достигли ее комнат, и королева скинула плащ, прислонила посох к стене и тяжело опустилась на ложе из листьев и трав. Комната древнего замка излучала покой и свежесть, стены поглощали все звуки, и добрые духи, оберегающие твердыню, погрузили Эльвикери в глубокий сон, шевеля пахучие травы на полу. Ияия безмолвно присоединилась к ним.

Куадаранцы

Мелисса выглянула в окно — на улице никого не было. Тогда девушка тихонько выскользнула из дома, поплутала между хижинами и юркнула в кузницу.

— Мелисса?

— Да, Тото, это я. А Клима еще не приходила?

— Нет, но я ждал вас, — молодой кузнец, крепкий парень с серьезным лицом, указал Мелиссе на скамью.

— Сядем?

— Да, конечно… — они уселись.

— Говорят, — начал Тото, — новый патриарх произнес пламенную речь на погребении…

— Да, но мне было не до этого, — сказала Мелисса. — Может, потому что это слишком большая честь — быть девой последнего пути? Мне даже не надо было притворяться, ноги сами подкашивались, и я чуть не заплакала… — и девушка обхватила себя руками, углубившись в воспоминания.

На ней было простое крестьянское платье, а ноги покрылись пылью от ходьбы босиком. Но Тото все равно был очарован. Худое личико с большими испуганными глазами заставляло замирать сердце кузнеца. Вроде и не было ничего особенного в этой дочери своего народа, не считая душевной чистоты и доброты.

— А кто такой этот Ярун, новый патриарх? Я немногое слышал о нем, не видел и подавно… — спросил кузнец, глядя на девушку.

— Ярун… Он показался мне сильным и благородным. Говорят, он — лучший ученик Ур-Ата, но отличился не мастерством боя, а смекалкой и прозорливостью. Он составлял планы походов, следил за порядком в городах, пока Ур-Ата вел войны и подавлял мятежи.