По следу пламени

Гриобридж, живущий в той же гармонии с природой, как и родная Циана, встретил его размеренным спокойствием. Пусть он и не представлял собой архитектурное чудо, как крупные поселения лесных эльфов, где дома искусно переплетались с устремляющимися к небесам деревьями, дороги были восхитительно украшены ковром из цветов, а соединяющие здания длинные лозы позволяли буквально ощутить себя в полёте и преодолевать расстояния за считанные секунды, но Гриобридж был построен так, дабы не нарушать покой окружающего его векового леса.

И при всём этом город являлся таким местом, где можно было легко затеряться вору-одиночке. За время, проведённое в скитаниях, Галантий настолько свыкся с этим неблагополучным ремеслом, что, оказавшись в центре торговли, потенциальной сокровищнице, где среди множества разношёрстных лавок в гуле толпы раздаётся звон пересчитываемых монет, не мог отказать себе в этом соблазне.

Его собратьев в городе было достаточно, поэтому молодой черноволосый эльф с бронзовым оттенком кожи, вполне заурядными, пусть где-то и симпатичными чертами лица, что особо не отсвечивал на виду, сумел вполне успешно затеряться среди более чем ста пятидесяти тысяч жителей.

***

Ночь была тихой и ясной. Свет луны серебрился по плоским крышам немногих каменных зданий административного квартала. В окнах уже давно не горело ни единой лампы. Все чиновники в такое время давно дрыхнут в своих постелях, да и на улицах можно было встретить лишь одинокого бредущего стражника, несущего свой караул лишь в половину, пока остальная часть его сознания упорно пыталась погрузиться в сон.

Лужи, пятнами растекающиеся по вымощенным брусчаткой улицам, отражали в себе россыпь на звёздном небе. Город спал, отдыхал после тяжёлого рабочего дня. У лесопилок, ферм и мастерских, заполняющих рабочие и промышленные кварталы Гриобриджа, практически не было выходных, оттого каждый работяга, приходя домой после кружки крепкого эля в трактире, заваливался в кровать и начинал храпеть так, что посуда дрожала на полках.

Но снаружи стояла тишина, и лишь ветви окружающих здания деревьев издавали свой расслабляющий шелест под лёгкие порывы ветра.

И вдруг среди этого тихого спокойствия раздался скрип открывающейся оконной рамы. Взобравшись на подоконник, со второго этажа одного из административных зданий спрыгнула фигура в закрытых тёмных одеждах, держа в руках небольшой свёрток.