Тропа мертвецов

Голос у неё оказался глубокий, грудной, красивый. И говорит на вполне знакомом языке!

Крыло дёрнуло острой болью и я его осторожно освободил, чуть приподняв над плечом. Оказавшаяся на голову выше меня женщина поглядела более пристально, и глаза у неё стали как две круглые плошки. Но вопросов задавать не стала. Да, понимаю, что эти грязные перьевые тряпки скорее за какой-то уродливый плащ принять можно, чем за крылья.

Вскоре показался аккуратный такой деревянный домик с чисто символическим забором.

— Ярташан! — крикнула дева-охотница.

— Яр, иди сюда, скорее!

Определённый акцент в произношении знакомых слов немного резал ухо, но не то, чтобы слишком. Какое счастье слышать родную речь! Пусть я и знаю восемь различных языков, включая мёртвые. Показавшийся из-за угла дома мужчина был такой же золотоволосый, синеглазый и высокий как и помогавшая мне дева. Тоже похож на охотника.

— Помоги, мальчишка ранен, — сказала она и названный Яра… Ярта… как там его… Яр, в общем, без лишних слов подхватил моего брата и бегом понёс в дом.

Под локоть удержав от падения пошатнувшегося меня, женщина деловито поинтересовалась: — Тебя как зовут?

— Ирдес, — ответил я, едва языком ворочая. — А брата моего — Ван.

— Я Роса, — представилась незнакомка. — А он — Яр, — кивок в сторону снова вышедшего на улицу мужчину. — Яр, займись вот этим замученным парнишкой, а я — раненым.

И дева-охотница убежала в дом. Мне пришлось снова назвать своё имя, уже не очень понимая, реальность всё происходящее или сон.

— Мой брат… — шагнул было я в сторону дома.

— Им Роса займётся.

— Но он…

— …в надёжных руках, — заверил человек. — Пойдём, если вовремя эту болотную воду не смыть, кожу разъест до язв.

— Моей чешуе не страшно, — слабо усмехнулся я, покорно следуя за Яром.

На заднем дворе обнаружился самый настоящий душ со здоровой бочкой нагретой солнцем воды! Какой же это кайф — просто стоять под текущей чистой водой! А уж кусок мыла так и вовсе был подарком судьбы. Волосы и крылья от грязи отмываться не желали от слова "вообще" и мне пришлось трижды, стоя прямо под водой, воспользоваться ритуальным жестом! Внутреннего резерва отчаянно не хватало, на третий раз я потерял сознание, но быстро пришёл в себя.

Решимости хватило даже на то, чтобы выстирать одежду, благо ткань изначальные делали отменную, возиться долго с чисткой и стиркой не надо. А разгрузка вообще непромокаемая, даже на стыках карманов и швах.

Родовую печать на всякий случай я снял и спрятал.