Кодекс Крови. Книга VIII

— А мои стихийные способности они способны развить?

«Куда уж больше?» — вырвалось у меня мысленно.

«Ну должно же что-то быть за пределами десятого ранга, — даже не задумываясь, ответила сестра. — У тебя уже явно выше, только ты это прячешь. Значит, порог десятого уровня искусственный».

— Я боюсь, что силы твоих способностей станут предметом зависти всех студентов академии, а уж твой стиль магичить... Я так хочу, значит, так будет... В перспективе проблем будет больше, чем выгод. Но идею не отметаю, она здравая для вживания и врастания в мир.

Я перечислял первые приходящие на ум варианты. Ведь стихийная магия не была столь редкой и не находилась вне закона, как моя. Поэтому, наверняка, были маги десятого уровня со стихией воды и огня. Кстати...

— Можем у Вулкановой узнать. Она у нас барышня высокоранговая, может посоветовать кого-то.

— А чем тебя эрги в качестве учителей не устраивают? — поинтересовался Ксандр.

— Устраивают и даже очень, но вы чувствуете стихию немного иначе, интуитивно. Это восприятие я освоила, а хотелось бы посмотреть и на человеческий подход. Любое расширение инструментария возможностей во благо.

М-да, а ведь сестра права.

Оставив их спорить на тему разницы подходов к обучению, я вышел из каюты и отправился на смотровую палубу. В теории я мог бы открыть прокол напрямую к Подорожникову, но это всё равно, что в присутствии императора обратиться эргом.

Под нами проплывали заснеженные просторы Германии. Поскольку был взят курс на столицу, то маршрут наш пролегал большей частью над сушей, чем над морем.

Я заметил в дальнем конце палубы Асту с кузиной. На шее Хельги всё так же красовался блокиратор магии. Не хотелось даже думать, как маг может добровольно отрезать себя от силы таким образом. Это всё равно что самовольно затягивать удавку на собственной шее.

А ведь удавка и так на этой шее присутствовала. Вначале я подумывал, что Ян поставил на родственницу некие ментальные закладки и хотел уничтожить эмпатку за неповиновение и измену, но Густав Ильдер полностью развеял мои домыслы. Ментальных закладок у Хельги он не обнаружил.

Я же с помощью крови постоянно проверял девушку на предмет скрытых домыслов, почему-то не верилось мне в подобный альтруизм.