Наследник проклятого дара. Часть 2.

Мой шёпот почти беззвучен, но для меня звучит оглушительным громом осознания.

— Что? — переспрашивает Маргарита.

Воспоминания заполняют мой мозг раскалённой лавой.

Я вспоминаю первый разговор с Юрой, первый бой, эмоции после боя, пробуждение Дара, эльфов и их королеву, окончательную смерть Юры и горечь утраты. Вот сейчас целая жизнь проносится перед глазами яркими картинками. И вот, мой последний шаг в красную зону разлома.

В груди нарастает панический ком. Я уже потерял всё это?

Пробую перейти на магическое зрение.

Это определит всё. Либо реальность здесь и сейчас, либо нет.

Мир резко меняется. Но никаких ярких разноцветных потоков, как было в моих воспоминаниях, нет. Это и правда, серый и угрюмый мир.

Я замечаю, что от некоторых людей, ко мне тянутся нити, различной толщины. Нет, это не нити, это больше похоже на... извивающиеся щупальца!

Одно из них тянется к бумагам, второе, потолще, к коллеге логисту. Ещё несколько, к телефону в кармане, в кабинет директора, к телевизору, в бухгалтерию.

Я поворачиваюсь и смотрю на Маргариту.

В магическом спектре зрения она сияет, словно маленькое солнце. А в груди у неё, словно ядерный реактор, посреди общего сияния, отчётливо выделяется ещё более яркое ядро. Этот свет отсекает тянущиеся к ней щупальца, привлечённые яркостью. Они пытаются зацепиться за неё, но обжигаясь, сами отскакивают обратно, к своим хозяевам.

Весь этот мир и правда, серый и безжизненный. Я сам, едва не стал таким же. Я ведь чувствовал, что что-то не так. Но сколько я здесь?

Я только сейчас осознал, что не знаю, когда я здесь появился и сколько пробыл.

— Маргарита, как давно ты меня ищешь? — в моем вопросе теплится надежда, что я тут совсем недавно.

Но одновременно, я чувствую предвкушение ужаса, от того, что может быть, я здесь уже много лет.

— Это вообще неважно, Юр, — она называет меня по имени так, будто мы с ней давным давно знакомы.

Хотя, я не помню, чтобы мы с ней вообще виделись хоть раз, после той встречи в приёмной графа Долгорукова.

Я смотрю на Макара.

Вот он, снова сидит и что-то пишет в свой блокнотик. Он полностью серый, как всё вокруг.

Неожиданно, в его груди вспыхивает ярко красный огонёк. Я вижу, как Макар смеётся, а затем, серое щупальце, которое тянется от него куда-то на улицу, высасывает этот огонёк.

Макар больше не смеётся и я вижу его уставшее лицо.

На его телефон кто-то звонит. Он отвечает на вызов.

— Да, солнце. Нет. Нет, я ещё работаю. Да допоздна, — сбрасывает вызов и шепчет, — задолбала, стерва.