И пришла она... 4

В данже погибло семь слуг, но оставшиеся восемь не пострадали, как и Умница, так что я пока не стала призывать новых. Сегодня мы в бой точно не идем, сначала мне нужен новый уровень и очки характеристик, которые я точно пущу на развитие нового умения “деактивация”. Лучше уметь ломать чужое добро, чем нет, верно?

И я, облачившись в черный наряд и оставив на хозяйстве семерых (дала задание поправить забор на маленьком участке вокруг дома, почистить колодец и охранять), прихватила с собой лишь Умницу и Бобика (он был похож на человекоподобную собаку с мускулистым торсом, но ростом мне по грудь) и отправилась в ближайшую лавку за матрасом и иными постельными принадлежностями.

Много времени это не заняло, но сразу отметив, что толщина матраса оставляет желать лучшего, по совету продавца заглянула в соседнюю мебельную лавку, где совсем недорого разжилась низкой кроватью и новым табуретом. Пожилой хозяин-инфернал из местных, узнав, что я живу одна, тут же предложил в помощь работника с телегой, и я не стала отказываться.

И пускай мужчина изучал меня чересчур пытливо, глупых вопросов не прозвучало.

Его работник тоже косился на меня всю дорогу, таща телегу сам (как рикша), но когда увидел дом и сторожащих его инферналов, то тоже придержал вопросы, которые, я видела, уже крутились на его языке. Молодец, целее будет.

В дом мужчину я не пустила. Приказала выгрузить мебель во дворе, ну а дальше мы справились своими силами: Носорог и Грут занесли кровать, Бобик - матрас со стопкой постельного, я прихватила табурет - и на этом новоселье завершилось.

На завтрак (точнее уже обед) я решила заглянуть в таверну Мирослава, тем более до неё было совсем недалеко - минут тридцать неспешным шагом. Подумав, сменила черный цвет верхнего халата на темно-фиолетовый, чтобы не плодить ненужных вопросов и, оставив бойцов на хозяйстве, пошла в трактир лишь с Умницей.

При этом продолжая безостановочно изучать округу с помощью заклинаний.

В таверне был привычный аншлаг. Шумно, многолюдно, весело.

По залу шустро сновали румяные официантки, то справа, то слева звучал сочный гогот, вызвавший у меня необъяснимую злобу, Слава стоял за стойкой, но был занят беседой с незнакомым мне мужчиной из аборигенов (хватило одного пристального прищура, чтобы это понять), так что я предпочла найти свободное место и заказать завтрак.

Смутно знакомая официантка из числа людей, измененных системой, узнала меня первая и подошла не только с радостной улыбкой, но и приветствием.