Наруто во Вселенной Блич.

Проверим, что из этого получится.

Я уселся в позу для медитации. Первые попытки призвать силы Курамы не увенчались успехом. Я даже успел приуныть.

— Да что ж ты за дебил такой, — взревел Курама, — мне за тебя всё время думать? Башка дырявая – только духовную энергию используй, не смешивай с физической.

Я чуть не хлопнул себя по лбу, вчера же ведь обсуждали.

Разделять энергию оказалось труднее, и её почему-то было меньше, чем вчера. Тело горело от напряжения, пот градом катился по лицу. Но мои новые знакомые не спешили мне помогать, только наблюдали.

Когда я уже практически обессилел, словно ухватился за тонкую нить, от которой веяло такой родной энергией Курамы. И в этот момент возле виска начала формироваться маска.

Получился небольшой кусочек, но и этого хватило, чтобы привести наблюдателей в шок. Моей радости не было предела, но, отвлёкшись, я умудрился потерять контроль и нарост треснул. Тяжело дыша, я упал на спину, счастливо улыбаясь. Такое знакомое чувство преодоления очередной вершины разливалось в груди.

Тишину нарушил Шинджи:

— А ты неплох, не желаешь присоединиться к нам? — неожиданно выдал он.

— Приношу свои извинения, но я не вижу смысла вступать к вам. У меня другие цели и стремления, но вашей помощи я буду рад. Но есть один вопрос, который мне нужно решить, прежде чем я смогу полноценно тренироваться, — прислушиваясь к себе я отметил, что резерв опять уменьшился. Надо бы у торгоша совета спросить, может что и подскажет.

Он видимо посчитал мой ответ приемлемым.

— Ладно, — махнул он рукой, — можешь идти. Хати оставит лазейку в барьере для тебя.

— Спасибо, — вежливый поклон, и я поспешил убраться из этого мрачного места.

На улице даже дышалось легче. Уже стемнело, и вокруг стрекотали цикады. Всё было спокойно, но вот интуиция подсказывала, что ненадолго.

Вдруг пространство вокруг исказилось, в небе образовался разлом, в котором виднелись несколько силуэтов. Аура одного из них до боли знакомая. Она могла исходить только от одного человека.

От Учихи. Брови сами нахмурились. Он тоже времени зря не терял. Высокомерием и гордыней веяло за километр. Всё-таки он меня бесит. Из-за того, что всё время приходится выбивать из этой наглой рожи спесь. А вот другие были мне не знакомы. Память услужливо подбросила первые воспоминания из этого мира. Скорее всего, они арранкары.

Ко мне обратился мужик, что стоял в центре. Его карие глаза излучали интерес и насмешку, глядя на меня сверху вниз.