Разлом миров. Санкт-Петербург

Она прижимала к себе Васю, затем тяжело вздохнула и, молча приняв из рук стоявшего позади нас Семенова планшет, тихо проговорила:

- Я не хочу пускать туда дочку. Мы же можем тут остаться?

- Вас бы я туда и так не пустил, - Капитан показал, как менять камеры на экране, где какие кнопки и самое главное – способ связи. Так же мужчина приколол мини-микрофон на воротник Мьера и Леона, показав, что благодаря этому они могут общаться в кооперативе. Что такое кооператив они не знали, задача объяснить подробности легла на плечи Семенова.

- Хочу обратно к дракончику, - печально заметил Семенов, смотря на то, как Капитан и еще двое военных спускаются вместе в лифте, стоя рядом с эльфом и демоном. – Не злись на Капитана. Он все правильно делает.

- Я не злюсь на него, я просто злюсь.

В итоге Вася слезла с мамы, припала к стеклу носом, из-за чего ее ноздри приплюснулись к нему вплотную. Леон с Мьером, обладая куда лучшим зрением, прекрасно это видели, от чего смешок сдержать не смогли. Хоть и волновались так сильно, что тряслись даже ресницы.

Каждое мгновение давалось Мьеру с трудом. Мужчина сильно волновался, паниковал, не понимая с чего начать, как всех спасти и удастся ли их вообще вытащить с того света. Леон же, напротив, никого не хотел спасать. Мальчик застыл на месте, сложил перед собой руки и невольно скалился, испытывая при этом ужас. Капитан видел, что ребенок беспокоился не о множестве лежащих тел в огромном ангаре, а о том, что те, кто очнутся, возможно, захотят его убить.

Все это время мальчик держался за амулет, как будто никак не мог решить – снимать его или не стоит.

- Что он для тебя значит? – Пока лифт спускался, Капитан решил вывести ребенка на разговор.

- Возможность быть нормальным, - прошептал ребенок и в этот самый момент лифт остановился. Большие прозрачные двери плавно, почти бесшумно отъехали в сторону, выпуская всех в огромное помещение ангара.

Множество коек заполняли пространство, больные существа, с трудом способные дышать даже с аппаратом ИВЛ, больше походили на трупы, разве что зрачки под веками часто дергались, да уши еле заметно шевелились – самые кончики.

- Что с ними?

- То же самое, что и с нами было, - ответил Мьер, медленно продвигаясь по проходу. Мимо бегали люди в белых халатах, они вносили записи в карты, делали пометки и что-то быстро печатали в маленьких деках, закрепленных на запястьях. Врачи и медсестры, ученые и их помощники – все были уставшие, бледные, больше походили на ходячие трупы.