Оставляя прошлое позади

Младший хотел что-нибудь ответить, но слова словно застряли в горле.

Старший медленно повернулся к нему и занёс руку с мечом над головой, приготовившись к удару.

— Что ты делаешь?..

Младший испуганно начал пятиться назад, не веря своим глазам.

— В живых должен остаться только один.

Они не были братьями, даже имён друг друга не знали. Их просто вместе поймали одними из первых в той клетке, а ещё они были одного вида, поэтому и решили держаться друг за друга, ведь других подобных не было. И почему-то в конце всё обернулось именно так.

Едва успев среагировать, младший резко вздёрнул руку вверх, закрываясь от удара, и лезвие попало по железному браслету, отбрасывая назад старшего. Метал в чужих руках завибрировал, вызывая неприятные ощущения в ладонях, но старший это игнорировал, продолжая вновь и вновь ударять. Младший пытался отражать атаки тонким браслетом, до последнего не желая атаковать в ответ, но после очередного удара последний кусочек защиты с громким звоном лопнул и раскрылся, свалившись с руки.

Запнувшись о чей-то труп, младший упал на спину, почти мгновенно сгребая в кулак горсть песка и кидая его в противника.

Теперь перед ним был не старший, что пообещал защищать, а лишь очередной враг, желающий смерти. Они не были знакомы, у них не было ничего общего, кроме вида. И всё же…

Пока мальчик с мечом кричал от боли в глазах и пытался прочистить их от песка, хаотично размахивая мечом в воздухе, хторк с топором медленно поднялся на ноги и подошёл ближе.

Одним ударом он выбил меч из чужих рук и заставил противника упасть на землю. Мгновение и топор с глухим ударом опустился на грудную клетку, пробивая рёбра.

— А вот и наш победитель!

Подошедший мужчина резко вздёрнул одну руку мальчика в воздух, показывая всем, кто именно одержал победу. С разных сторон арены донеслись крики и хлопки в ладоши, поздравлявшие ребёнка с первой победой.

— Не зря я делал ставку на вас двоих. Всегда знал, что орки прирождённые бойцы, — с усмешкой мужчина отпнул подальше тело с топором в груди и пошёл в сторону одного из выходов, за руку таща мальчишку за собой.

Тот едва успевал переставлять ноги, стараясь не наступать на ту, что болела сильнее всего, терпел всю боль и молчал, уже уяснив, что здесь лучше подчиняться без пререканий.

Его завели в очередную комнату, ничем не отличавшуюся от той, где сидел кузнец, что в первый раз оковывал их руки железными браслетами.