Боги, пиво и дурак. Том 9

Я последовал было за ней, но тяжелая рука бога меня слегка придержала.

— Если тебя взяли в плен, мигни два раза, — склонившись к моему уху, тихо проговорил он.

— Да как бы я добровольно, — так же тихо ответил я.

— Вот глупец. Витальные богини хуже цепей и дурмана — поверь, я знаю, что говорю. Беги, если можешь!

Я глубоко вздохнул. И вместо ответа шагнул в сияющий проход.

В первое мгновение у меня возникло такое чувство, будто воздух вокруг закончился. Просто невозможно сделать вдох — и все. Перед глазами поплыли красно-черные разводы, на давая даже толком рассмотреть, где мы вообще находимся.

— Дыши через силу, — услышал я за спиной сочувствующий голос Аида. — Сначала — неглубоко, потихоньку. Мама, вы это зачем синеете, мама? Мама, дышите уже, мне вас реанимировать слишком ревнительно со стороны вашей дочери! Сифа обезволосит мне ни в чем не повинную голову, если вы таки умрете у нас в гостях!.

Эти возгласы заставили меня собраться и тоже начать дышать — согласно инструкции.

Воздух по началу казался сухим и колючим, с тонким запахом спичек, едкого дыма от костра и почему-то древесной смолы.

Перед глазами краснота рассеялась, и я увидел, что стоим мы прямо у ступеней парадного крыльца во дворец, и Аид, придерживая бледную Деметру за руку, дирижирует ее дыханием:

— Вдох, теперь вы-ыдох. И еще раз вдо-ох, и вы-ыдох. Даня, ты уже оклемался?

— Кажется, — сдавленно проговорил я, все еще чувствуя себя расплющенным странной тяжестью.

— А это потому, что кому-то припелко непременно живым спуститься в царство мертвых, — с самодовольной усмешкой ответил Аид. — Но ничего, сейчас принюхаетесь, в меру приплющитесь — и все нормализуется. Не так ли, мама?

Хмурая Демка скользнула рукой по груди своего зятя и крепко ухватилась за бархатный расшитый край.

— Еще раз назовешь меня мамой, и ты больше никогда не сможешь стать папой! — прохрипела она, злобно сверкнув на него глазами.

Аид, не отцепляя тещи со своей одежды, только развел руками.

— Ты же сама заставила внести в договор пункт под названием “требование о соответствующем статусу обращении и почтительном отношении”. Вот я и стараюсь исполнять все в точности.

— А то что? Жалобу в Совет накатаю? — фыркнула она, отпуская халат. — Не смеши.