Ледяная Спираль

Сначала человек дополз до ближайшей стены, а затем начал совершать квадрат за квадратом, постепенно удаляясь от точки опоры. До той степени, пока не смог пробежаться от одного угла к другому.

Тело быстро устало от такого неожиданного напряжения, и ему пришлось сесть на край фонтанчика, зачерпывая воду. Наследие древнего рода, благословение его основателя — это всё, что знал бывший король о данном предмете роскоши. Сельв раньше были влиятельными аристократами, приближёнными к самому первому императору и его потомкам.

Но время, склоки и разобщённость привели к расколу на старшие и младшие ветви. И это определялось отнюдь не кровью, а исключительно влиянием и богатством.

Таким образом семья Аллана стала младшей, будучи при этом самой приближённой по родству к главной ветви. Далёкий восточный город Редфолл и маленькое поместье стали прибежищем Эдварда и Катерины Сельв, а после и их родившегося сына. Олганар раскладывал и выискивал все самые важные звенья цепи положения этого тела. Главной проблемой этому занятию стала непомерная жажда.

И отнюдь не воды.

Аллан Сельв жаждал вина и женщин. Погрязший в долгах и разврате аристократ, для которого честь семьи ничего не значила. Родители не могли с этим ничего поделать, ибо даже предложить альтернативу возможностей не было. Они могли лишь дальше притворяться успешными и богатыми, погружаясь всё глубже в бездну. Они посещали все местные вечера, общались с самыми важными людьми и несколько раз в год обязательно отправлялись в столицу.

Всё ради новых знакомств и новых просьб, чтобы хоть немного просуществовать.

— Раньше я мог добиться всего, стоит лишь пожелать. Боги наказали меня, поместив в тело такого неудачника. Лишённого всех достоинств. Щенка, чья кровь ценнее всех его желаний, — думалось Олганару. — Неудивительно, что он тут и подох, оставляя свою тушу мне. Тому, кто может сделать намного больше.

Перерожденец никогда не был сложным человеком. Судьба священна, и он всегда это принимал. С самого рождения и до смерти.

И если сейчас он оказался в теле молодого Сельва, значит, так тому и быть. Сомневаться или теряться в догадках Олганар точно не планировал. Собравшись с силами и мыслями, бывший король выдвинулся к единственной дверце, ведущей из сада в нутро поместья и его коридоров.

— Маленькое число слуг из бедняков, которые трудятся за еду на благо своего ужасного господина, — продолжил считывать память Аллана Олганар. — Лишь несколько интересных.