Ледяная Спираль

— Я подумаю над этим, Аллан. Хорошо подумаю.

Она махнула рукой и исчезла в тенях коридоров поместья. Буквально. Аристократ же вернулся обратно в постель, крепко обнимая спящую Сильвию. Хоть раньше он мечтал об этом, но повод для такого тепла был отнюдь не добрым.

Странные связи Саймона с мятежниками. Непонятный убийца на арене. Загадочная атака посреди ночи от наёмника Демиана. Признание Сильвии о том, в чём сейчас были погружены мысли юноши. Его разум блуждал очень далеко за пределами комнаты, пытаясь объять весь масштаб происходящего в этом городе события.

Аристократ внезапно осознал одну из самых важных вещей, которая раньше никогда не добиралась до его разума, включая прошлую жизнь.

Мир оказался намного сложнее, чем это представлялось. Лишённые прямых конфликтов и слов, сплетения из чужих желаний образовывали сложнейшую паутину, где каждый узел становился местом преткновения между голодными пауками.

Защитить тех, кто ему дорог.

Глава 22 "Первое Погружение"

Через сутки обильного отдыха Олганар полностью вернулся в норму. Теперь с лёгкостью в сердце юноша позволил себе расслабиться во внутреннем дворе поместья. Закрыв глаза, перерожденец прислушивался к журчащей рядом воде. Затем обращал взор к небесам, ведя взгляд, тяжёлый и задумчивый, по его поверхности. Отправлял следом за облаками. Последнее время аристократа мучила дилемма.

С одной стороны, он продолжал мыслить категориями захвата власти. Над всем миром желательно. Это была его мечта, к которой шёл всю прошлую жизнь. Отбрасывать такое — форменное безумие.

С другой, ему повезло повстречать людей, которых никогда не было до этого. С теми, кто вызывал тепло. Те, кого хотелось защищать и обеспечивать. Тогда у подножия золотого трона его окружали худшие из худших: лицемерные правители порабощённых королевств, а дальше — притворно улыбающиеся их сыновья и дочери.

Глаза перестали фокусироваться, сливаясь с голубым небом. Так и происходило, пока над ним не появилось лицо Сильвии, которая нежно ему улыбнулась. В руках беловолосой красавицы находился поднос с тарелками и бокалом. Красная форма, украшенная золотыми нитями и пуговицами, с символами рода Сельв, как и всегда, идеально подходила к её утончённой внешности.